Реферат: Объективная сторона преступления

Объективная сторона преступления


1. Понятие и значение объективной стороны преступления

Объективная сторона преступления - это внешний акт общественно опасного посягательства на охраняемый уголовным правом объект, это внешнее волевое выражение поведения субъекта по отношению к объекту посягательства, выражающееся в действии, запрещённом уголовным законом или в бездействии, когда закон требует от субъекта совершения определённых действий.

Поведение людей, в том числе и преступное, имеет массу индивидуализирующих его признаков. Часть этих признаков характеризует объективную сторону преступления. Это такие признаки, как действие или бездействие и находящиеся в причинной связи с ними вредные последствия, а также способ, место, время, обстановка, средства и орудия совершения преступления.

Любые поступки человека имеют внешние (объективные) и внутренние (субъективные) признаки. Внешние - обеспечивают проявление человеческого поведения в объективной действительности; внутренние - психические процессы (потребности, интересы, мотивы и пр.), которые протекают в сознании человека и детерминируют его поведение. В жизни они образуют психофизическое единство.

Расчленение поведения человека на объективные и субъективные признаки возможно лишь условно с целью более глубокого их познания, а также определения роли и значения каждого признака при совершении общественно опасного деяния и его уголовно-правовой квалификации.

К числу признаков объективной стороны относятся:

- действие или бездействие, посягающее на тот или иной объект;

- общественно опасные последствия;

- причинная связь между действием (бездействием) и последствиями;

- способ, место, время, обстановка, средства и орудия совершения преступления.

Объективные признаки - общие для всех составов преступлений - изучаются в Общей части уголовного права.

Так, в ст. 14 УК РФ говорится, что "преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания".

Таким образом, законодатель устанавливает, что преступление - это деяние, которое является общественно опасным и противоправным, т.е. дает характеристику такого объективного признака, как деяние. Однако наиболее полно объективная сторона преступления отражается в диспозиции статей Особенной части. Например, в ст. 214 УК такое преступление, как вандализм, определяется следующим образом: "...осквернение зданий или иных сооружений, порча имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах". Так раскрываются признаки именно объективной стороны, т.е. дается характеристика действий, образующих состав вандализма. Диспозиции уголовно-правовых норм описывают главным образом объективную сторону преступления.

В дореволюционном законодательстве признаки объективной стороны в Общей части также не раскрывались. Так, в Уголовном уложении 1903 г. в определении преступления говорилось только о деянии. Хотя в Уложении о наказаниях 1845 г. (изд. 1885 г.) преступлением признавалось "как самое противозаконное деяние, так и неисполнение того, что под страхом наказания предписывалось", т.е. указывалось на два вида деяния - действие и бездействие. Конкретные же признаки объективной стороны, так же, как и в УК РФ, были даны в Особенной части уголовного закона.

Такое же в общих чертах определение преступления содержалось в УК РСФСР 1922, 1926 и 1960 гг. Что же конкретно понималось под действием или бездействием, не раскрывалось.

УК РФ 1996 г. в определении преступления не раскрывает понятие деяния (ч. 1 ст. 14). Однако уже в ч. 2 этой же статьи говорится: "Не является преступлением действие (бездействие):", т.е. фактически признает деление деяния на 2 вида. Указание на действие или бездействие содержится в иных статьях Общей части (например, в ч. 2 ст. 5, ч. 3 ст. 9, ч. 1 ст. 20, ч. 2 и 3 ст. 22, ч. 2 и 3 ст. 25, ч. 3 ст. 26, ст. 30 УК и др.).

В зарубежном уголовном законодательстве также широко используется термин "деяние", предполагающий два вида общественно опасного поведения - действие и бездействие. Так, в _ 13 УК Германии говорится: "Кто, бездействуя, вызывает наступление последствия, предусмотренного составом преступления, подлежит наказанию по этому закону только тогда, когда он юридически был обязан не допускать наступления последствия и если бездействие соответствует выполнению состава преступления путем действия".

Даже в тех УК, где отсутствует указание в Общей части на действие или бездействие, это деление фактически признается в Особенной части УК. Так, например, поступает УК Франции 1992 г., говоря в ст. 111-1 о деянии, но не раскрывая этого понятия. Однако анализ Особенной части показывает, что УК Франции устанавливает ответственность как за действия, так и за бездействие. В ст. 223-4, например, предусмотрено весьма суровое наказание за оставление без помощи лица, которое не в состоянии себя защитить. Это преступление совершается путем бездействия.

Как уже отмечалось, российский законодатель всегда последовательно констатировал возможность совершения преступления как путем действия, так и путем бездействия. В первом случае речь идет об активной форме человеческого поведения, во втором - предполагается пассивное поведение лица, обязанного в конкретной ситуации действовать. Большинство преступлений осуществляется путем действия. Так, кража (ст. 158 УК) и другие виды хищения всегда совершаются путем активных действий. Некоторые общественно опасные деяния предполагают лишь пассивную форму поведения - бездействие.

Например, злостное уклонение от уплаты по решению суда средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей (ст. 157 УК). Многие могут быть совершены как путем действия, так и путем бездействия. Примером может служить такое преступление, как злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК).

Особенности объективной стороны, прежде всего самого деяния и наступивших вредных последствий, а также характер этих последствий и их структура обусловливают определенные приемы описания в соответствующих статьях УК признаков всего преступления (см. _ 2 и 3 данной главы). В статьях Особенной части при определении объективной стороны указываются признаки, необходимые для видовой индивидуализации деяния, что позволяет разграничивать различные преступления, сходные по объекту, субъекту, субъективной стороне. Анализ законодателем, практикой, теорией объективных признаков поведения людей дает возможность выявить повторяющиеся вредные для общества виды поведения и на этой основе признать их преступлением.

Указанные ранее признаки объективной стороны играют неравнозначную роль. Действие или бездействие являются обязательным признаком объективной стороны любого преступления. Принцип признания преступлением только конкретного общественно опасного действия или бездействия, а не убеждений, образа мыслей, личных свойств человека последовательно проводится в нашем государстве.

Так, ст. 7 УК РСФСР 1926 г. предусматривала: "В отношении лиц, совершивших общественно опасные действия или представляющих опасность по своей связи с преступной средой или по своей прошлой деятельности:", возможность применения мер "социальной защиты судебно-исправительного, медицинского либо медико-педагогического характера".

Обязательными признаками многих преступлений являются последствия и причинная связь. Некоторые нормы сконструированы законодателем таким образом, что в объективную сторону включены помимо деяния общественно опасные последствия и причинная связь между деянием и последствием. Например, в ч. 1 ст. 264 УК предусмотрена ответственность за нарушение лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью человека. В данном случае в объективную сторону входят: нарушение правил дорожного движения, последствия - причинение определенного вреда здоровью человека и причинная связь между нарушением правил дорожного движения и наступившими последствиями. Такие составы преступления получили в теории уголовного права условное название материальных В таких случаях последствия и причинная связь являются обязательными признаками состава преступления.

В других случаях законодатель, конструируя норму, вписывает только деяние, вынося последствия за пределы состава преступления. Есть уголовно-правовые нормы, содержащие только признаки действия (бездействия). Например, так построены статьи о дезертирстве, самовольной отлучке, недонесении о преступлении. Это так называемые "формальные составы"

По поводу деления составов преступлений на материальные и формальные в доктрине уголовного права давно ведется дискуссия. Категорически отрицают такое деление ученые, полагающие, что сторонники выделения материальных и формальных составов считают последние не причиняющими ущерба объектам. Однако на сегодняшний день никто из ученых не считает, что есть преступления, не причиняющие вреда объекту, и объясняют деление составов на материальные и формальные различной конструкцией уголовно-правовых норм.

"В реальной действительности любые преступления, в том числе и формальные, всегда влекут за собой какие-то вредные изменения в окружающей действительности, в охраняемых уголовным законом объектах (в принципе нет и не может быть беспоследственных преступлений)"

Отсутствие указания в статье на конкретные последствия в этих случаях не означает, что деяние безвредно. Любое преступление причиняет вред объекту, так как обязательным признаком любого преступления является вредоносность.

Вопрос о том, относить ли последствия и причинную связь к числу обязательных признаков или считать их признаками факультативными, т.е. необязательными, учеными решается по-разному.

Ряд авторов относит последствия и причинную связь к числу факультативных признаков, другие считают их обязательными, третьи выделяют их в особую самостоятельную группу основных, но не всегда включаемых в диспозицию норм Особенной части.

Представляется теоретически неоправданным отнесение последствий и причинной связи к числу факультативных признаков объективной стороны, так как правовая характеристика и значимость обязательных и факультативных признаков различны. Последствия и причинная связь являются обязательными признаками не отдельных, а всех материальных составов преступлений. То обстоятельство, что при конструировании формальных составов законодатель вынес последствия и причинную связь за рамки составов, не переводит их в разряд необязательных. Различия в конструкции составов преступлений не меняют правовой природы признаков.

Объективная сторона преступления представляет собой совокупность внешних признаков конкретного общественно опасного поведения, причиняющего вред правоохраняемым интересам.

Значение объективной стороны преступления в первую очередь определяется тем, что точное ее установление является залогом правильной квалификации общественно опасного деяния. Именно поэтому УК РФ 1996 г. пошел по пути более точного и полного описания признаков объективной стороны в нормах Особенной части. Так, например, более подробно по сравнению с УК РСФСР 1960 г. дано описание объективной стороны убийства в состоянии аффекта (ст. 107 УК), а также причинения тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта (ст. 113 УК), насильственных действий сексуального характера (ст. 132 УК) и многих других. Все более детальная регламентация в УК объективной стороны свидетельствует о том, что она занимает видное место в Особенной части кодекса. Подробные, четкие описательные диспозиции норм Особенной части способствуют более ясному, непротиворечивому пониманию мысли законодателя и единообразному применению закона.

При привлечении к уголовной ответственности за совершение общественно опасного деяния прежде всего устанавливаются признаки объективной стороны. Так, по делу Л. Верховный Суд указал: "Лицо, не совершившее действий, образующих объективную сторону грабежа, не может нести ответственность как соисполнитель открытого завладения имуществом" Л. был признан виновным в том, что, сообщив А. о наличии у Ч. крупной суммы денег, он остался внизу, когда А., поднявшись в квартиру Ч., вынудил ее отдать ему деньги, которые они и разделили между собой. Верховный Суд подчеркнул, что грабеж совершил А. Л. же никаких действий, образующих объективную сторону открытого похищения имущества, не совершал.

Следовательно, объективная сторона, определяя содержание преступления, тем самым определяет и те границы посягательства, в которых устанавливается ответственность за то или иное конкретное преступление.

Значительную роль выполняет объективная сторона и при разграничении сходных по другим признакам преступлений.

Особенно остро встает вопрос при разграничении деяний, посягающих на один и тот же объект и имеющих одинаковую форму вины. Так, различные виды хищений можно разграничить только по признакам объективной стороны. Кража (ст. 158 УК), мошенничество (ст. 159 УК), грабеж (ст. 161 УК) посягают на один и тот же объект, совершаются умышленно, с корыстной целью, субъект у них общий. Разграничить эти преступления и, следовательно, правильно применить закон можно лишь по признакам объективной стороны, которая по-разному описывается в названных статьях.

Анализ объективной стороны позволяет в ряде случаев установить наличие второго, дополнительного объекта. Так, ст. 162 УК определяет разбой как нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия. Законодатель отнес это преступление к числу преступлений против собственности. Однако описание этого деяния в законе позволяет выделить второй обязательный объект и отнести разбой к двуобъектным преступлениям.

Отдельные элементы объективной стороны используются законодателем как квалифицирующие признаки, например, способ совершения преступления. Так, общеопасный способ совершения убийства относит это преступление к числу особо тяжких (п. "е" ч. 2 ст. 105 УК). Хулиганство (ч. 1 ст. 213 УК), отнесенное законодателем к числу преступлений небольшой тяжести, при применении оружия или предметов, используемых в качестве оружия (ч. 3 ст. 213 УК), рассматривается в соответствии с категоризацией преступлений как тяжкое (ч. 4 ст. 15 УК).

Наконец, признаки объективной стороны могут быть рассмотрены судом как смягчающие или отягчающие наказание обстоятельства, не влияющие на квалификацию, но учитываемые при определении вида и размера наказания. Например, совершение хулиганства, связанного с издевательством над потерпевшим.

2. Преступное деяние и его виды

Преступное деяние является, как уже отмечалось, обязательным признаком объективной стороны любого преступления. Деяние всегда конкретно и совершается виновным в определенных условиях, месте, времени, т.е. всегда является проявлением поведения человека во внешнем мире. В тех случаях, когда такое поведение запрещено УК, оно признается общественно опасным и является противоправным. Деяние, даже если оно объективно является общественно опасным и причиняет определенный вред, не может быть признано преступлением, если оно не предусмотрено УК. И хотя этот признак является формально нормативным, он, согласно мнению некоторых ученых, при определении деяния как элемента объективной стороны должен быть поставлен на первое место. Объективно опасное деяние, не предусмотренное уголовным законом, не может являться признаком объективной стороны.

Вместе с тем и такой признак, как общественная опасность, является необходимым элементом деяния как признак объективной стороны. Общественная опасность - это материальный признак преступного деяния, раскрывающий его социальную сущность.

Чаще всего общественно опасное деяние проявляется в виде физического воздействия на других людей или на различного рода предметы внешнего мира. Например, избиение человека, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК), или уничтожение либо повреждение чужого имущества (ст. 167 УК).

В некоторых случаях общественно опасное деяние осуществляется путем написания или произнесения слов. Например, в ст. 119 УК предусмотрена ответственность за угрозу убийством либо причинением тяжкого вреда здоровью. Вымогательство также признается оконченным преступлением с момента предъявления потерпевшему определенного требования (ч. 1 ст. 163 УК).

Иногда преступлением признается совершение каких-то конкретных жестов. Например, оскорбление участников судебного разбирательства (ст. 297 УК) может выразиться как в произнесении бранных слов, так и в совершении неприличных жестов.

Наконец, преступление может заключаться в несовершении действий, которые субъект обязан был совершить в конкретном случае (бездействие).

Любое деяние, являясь проявлением поведения человека во внешнем мире, всегда предполагает сознательную деятельность человека.

Негативное отношение к правоохраняемым интересам, не выразившееся в совершении конкретного деяния, образ мыслей, высказанное намерение совершить преступление понятием деяния не охватываются.

Так, Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 10 февраля 2000 г. "О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе" отметил, что не является преступлением намерение дать взятку, получить взятку, осуществить коммерческий подкуп "...в случаях, когда лицо для реализации высказанного намерения никаких конкретных действий не предпринимало".

Действие, т.е. активное поведение, является наиболее распространенным видом общественно опасного деяния. Свыше 2/3 всех преступлений, предусмотренных Особенной частью УК, могут быть совершены путем действия. В основе любого действия лежит телодвижение, сознательно направляемое человеком на осуществление определенной цели. Особенностью преступного действия является то, что оно, как правило, не соответствует понятию единого человеческого действия, а слагается из ряда отдельных, связанных между собою актов поведения лица. Так, собираясь совершить мошенничество (ст. 159 УК), К. заранее подготовил "куклу", изготовил фальшивые документы, подыскал продавца машины, привел его в заранее снятую квартиру и т.п.

Однако в некоторых случаях может создаваться впечатление, что преступное действие осуществляется путем единственного телодвижения. Например, осуществление взрыва путем использования пульта дистанционного управления. Казалось бы, действие заключается просто в нажатии кнопки. Однако это не так. Для того, чтобы взорвать намеченный объект, виновный должен подложить в определенное место взрывчатку, наметить место и время взрыва, обеспечить исправность и готовность пульта и т.п.

Следовательно, действие как признак объективной стороны - это система, комплекс взаимосвязанных телодвижений, образующих общественно опасное поведение субъекта.

Весьма важным вопросом является вопрос об объективных границах преступного действия. Будучи внешним актом противоправного общественно опасного поведения субъекта, действие начинается с момента совершения первого осознанного и волевого телодвижения. Такими действиями являются не только те, которые направлены на причинение вреда охраняемым общественным отношениям и описаны в статьях Особенной части УК в качестве оконченных преступлений, но и действия, создающие существенные условия, способствующие совершению преступления: приготовительные действия, приискание соучастников и т.д.

В теории уголовного права высказывались различные мнения относительно границ преступного действия. Так, некоторые авторы полагают, что действие охватывает собой не только телодвижение человека, но и те силы, которыми он пользуется, и те закономерности, которые он использует.

"Действие, - отмечается в одном из учебников по уголовному праву, - включает также использование различных сил природы, механизмов; устройств, радиоактивных веществ и т.д., которыми пользуется лицо, совершающее преступление...".

Другие авторы полагают, что человеческое действие ограничивается сознательным телодвижением и поэтому неправильно включать в понятие действия силы, которые использует лицо в своей деятельности, а тем более закономерности объективного мира3).

Представляется, что данный вопрос не может быть решен однозначно. С одной стороны, невозможно ограничить понятие преступного действия только собственными телодвижениями лица, совершающего преступление. К. Маркс, анализируя процесс труда, отмечал, что человек пользуется механическими, химическими, физическими свойствами вещей для того, чтобы в соответствии со своей целью применить их как орудия воздействия на другие вещи, что они становятся "органом его деятельности, который он присоединяет к органам своего тела, удлиняя таким образом вопреки Библии естественные размеры последнего".

Использование сил и закономерностей природы, действий механизмов и проч. является своего рода способом воздействия человека на внешний мир, а способ неотделим от действия, как форма от содержания.

Существо данного вопроса не в физическом расчленении поведения человека на части, а в установлении тех рамок, в которых проявляется его отношение к воздействию в результате его поведения на охраняемые законом общественные отношения.

До тех пор, пока используемые силы и закономерности подвластны и подконтрольны лицу, можно говорить о преступном действии в уголовно-правовом смысле.

Однако, с другой стороны, действия сил и закономерностей иногда оказываются за пределами действий человека, которые ограничиваются определенными телодвижениями, поэтому использование сил и закономерностей может оказаться и за пределами деяния.

Так, действие человека, столкнувшего свою жертву под поезд, ограничивается определенными телодвижениями и не включает такой объективной закономерности, как, например, движение поезда. Но действие человека, намеренно задавившего свою жертву, включает в себя использование механизма. Конечным моментом действия будет или его прекращение, в том числе по не зависящим от воли виновного обстоятельствам, или наступление общественно опасных последствий, или декриминализация деяния.

Вопрос об определении границ преступного действия имеет большое значение для квалификации деяния: признания наличия необходимой обороны или добровольного отказа, а также задержания преступника; решения вопроса о сроках давности и пр.

Бездействие - это второй вид противоправного общественно опасного поведения. По своим социальным и юридическим свойствам бездействие тождественно действию. Оно, также как и действие, способно объективно оказывать воздействие и вызывать изменения во внешнем мире. В отличие от действия бездействие представляет собой пассивное поведение, заключающееся в несовершении лицом таких действий, которые оно по определенным основаниям должно было и могло совершить в конкретных условиях. На практике преступное бездействие встречается не более чем в 5% всех уголовных дел.

В УК ряда зарубежных стран имеется определение бездействия. Наиболее подробно определение бездействия дано в УК Испании: "Преступления и проступки совершаются путем бездействия, когда неисполнение особой юридической обязанности, возложенной на виновного, приравнивается законом к исполнению преступления. Бездействие приравнивается к действию:

а) когда существует особая обязанность действовать, вытекающая из закона или договора;

б) когда виновный своим предшествующим действием или бездействием подверг опасности юридически защищаемое право" (ст. 11).

В современных условиях, когда в трудовых и иных социальных процессах участвует множество людей, использующих сложнейшие механизмы и мощнейшие источники энергии, невыполнение отдельными лицами возложенных на них обязанностей может повлечь за собой наступление тяжких вредных последствий. Это вытекает из взаимозависимости и взаимосвязанности людей в обществе, в сфере трудовой деятельности, так как любой современный производственный процесс предполагает разделение общественного труда, должное поведение участников производственного процесса.

Бездействие может выразиться в единичном факте воздержания от совершения требуемого действия. Например, отказ свидетеля от дачи показаний (ст. 308 УК). В большинстве случаев бездействие представляет собой систему преступного поведения, что обычно имеет место при злостном уклонении от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей (ст. 157 УК) и др.

Бездействие может повлечь за собой уголовную ответственность лишь в случаях, когда оно противоправно и общественно опасно. Кроме того, обязательным условием привлечения к ответственности является наличие обязанности и возможности действовать определенным образом, например, для предотвращения опасности, грозящей правоохраняемым интересам.

Обязанность совершения конкретных действий в определенной ситуации обусловлена юридически закрепленными обязанностями. Она может возникнуть:

1) из требования закона или подзаконного акта. Так, нарушение правил по технике безопасности лицом, на котором лежали обязанности по соблюдению этих правил (например, непроведение инструктажа по технике безопасности, необеспечение работающих спецодеждой и пр.) (ст. 143 УК), означает несоблюдение Федерального закона "Об основах охраны труда в Российской Федерации" и издаваемых в соответствии с ним законодательных и подзаконных актов;

2) из характера профессии или служебного положения. Так, несоблюдение должностным лицом соответствующих инструкций, повлекшее определенные, указанные в ст. 293 УК, последствия, может быть признано должностным преступлением (халатность);

3) из решения судебных органов. Например, неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта;

4) из предшествующего поведения. В этих случаях бездействию обычно предшествуют какие-то действия, создающие угрозу наступления вреда конкретному правоохраняемому интересу. Например, ст. 125 предусматривает ответственность за заведомое оставление без помощи человека, находящегося в опасном для жизни или здоровья положении, лицом, поставившим его в такое состояние.

В литературе предлагалось отнести к этому перечню и "положение лица в системе социальных связей - родственные отношения, а также необходимость соблюдения норм морали и нравственности"качестве подтверждения этого тезиса приводится ст. 157 УК (злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей).

Однако с этим трудно согласиться по следующим основаниям: одним из признаков преступления, в том числе и общественно опасного бездействия, является признак противоправности. Нести уголовную ответственность за бездействие может лишь определенный круг лиц, на которых законом (а не только моралью!) возложена обязанность совершать определенные действия. Конечно, нарушение норм морали и нравственности может привести к тяжелым последствиям при бездействии лица, способного предотвратить их. Однако если на это лицо не возлагалась правовая обязанность недопущения или предотвращения таких последствий, оно не может быть привлечено к уголовной ответственности.

Так, Верховный Суд РФ прекратил производством дело главного инженера завода К., привлеченного к ответственности за нарушение правил охраны труда, указав, что обязанность обеспечивать соблюдение правил по технике безопасности на участке, где эти правила были нарушены, возлагалась на иное лицо.

Ссылка на ст. 157 УК в подтверждение предлагаемого ранее тезиса не совсем обоснованна, так как обязанность оказания помощи детям и нетрудоспособным родителям вытекает из закона, в частности, Семейного кодекса.

Наличие обязанности действовать не может повлечь ответственности за бездействие, если у лица отсутствовала возможность действовать требуемым образом.

Возможность действовать определяется исходя из субъективного критерия, т.е. учитываются возможности данного лица, находящегося в конкретной обстановке. Если необходимые действия не были выполнены лицом по не зависящим от него обстоятельствам, оно не может быть привлечено к ответственности за бездействие. Решение вопроса о том, могло или не могло в конкретной обстановке действовать лицо, на которое такая обязанность была возложена, передается на усмотрение суда, который, решая этот вопрос, должен учесть как объективные обстоятельства (обстановка, время, конкретная ситуация и пр.), так и субъективные возможности гражданина.

В некоторых случаях сам законодатель устанавливает условия, ограничивающие обязанность действовать. Так, капитан судна, не оказавший помощи терпящим на море бедствие, не может быть привлечен к ответственности по ст. 270 УК, если такая помощь не могла быть оказана без серьезной опасности для судна, его экипажа или пассажиров.

При бездействии не обязательно, чтобы субъект вел себя пассивно. Напротив, он может проявлять повышенную активность, совершать различного рода действия. Так, например, уклоняясь от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей, субъект может переезжать с места на место, менять работу, фамилию, жилье и т.п., т.е. быть физически активным. Однако главным остается невыполнение им возложенной на него законом и решением суда обязанности - уплаты средств (ст. 157 УК).

Такого рода активные действия рассматриваются некоторыми учеными как разновидность бездействия, получившая название смешанного бездействия. Однако должная ясность в этом вопросе отсутствует. Одни ученые полагают, что о смешанном бездействии речь может идти в случаях, когда "лицо, осуществляя возложенные на него правовые обязанности, выполняет их либо не до конца, либо ненадлежащим образом". В других случаях таковым считается "бездействие, для окончания которого необходимо наступление последствий (т.е. бездействие в преступлениях с материальным составом)".

Наконец, третьи полагают, что смешанное бездействие представляет собой "...сочетание активной и пассивной форм деяния, когда для обеспечения бездействия лицо совершает какие-либо активные действия".

Анализируя объективную сторону преступления, можно отметить, что в жизни резкое различие действия и бездействия в значительной мере сглаживается и появляются промежуточные, смешанные формы, в которых соединяется и активное, и пассивное поведение. Поэтому бездействие в чистом виде встречается крайне редко. Выделение такого понятия, как "смешанное бездействие", по нашему мнению, не имеет сколько-нибудь существенного уголовно-правового значения. Однако для теоретического анализа это понятие может быть использовано. Смешанным бездействием является неисполнение возложенной на лицо правовой обязанности, сопровождаемое активными действиями по обеспечению этого неисполнения. Приводимый в литературе в качестве примера смешанного бездействия состав халатности предполагает как активное, так и пассивное поведение.

Вид поведения в данном случае для законодателя безразличен. А следовательно, это преступление, совершаемое как путем действия, так и путем бездействия, не может быть отнесено к преступлениям, характеризующимся смешанным бездействием.

Такого рода преступлений в Уголовном кодексе довольно много. Это - злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст. 177 УК), невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте (ст. 193 УК), различные нарушения правил по технике безопасности (ст. 215, 216, 217, 219 УК) и многие другие. Однако в теории уголовного права эти преступления обычно не относят к преступлениям, характеризующимся смешанным бездействием.

Примером смешанного бездействия вполне справедливо предлагается считать уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или причинения себе какого-либо повреждения (ст. 339).

При характеристике бездействия как вида общественно опасного деяния возникает вопрос, могут ли эти преступления быть длящимися и продолжаемыми.

Длящиеся преступления - это действие или бездействие, сопряженное с последующим длительным невыполнением обязанностей, возложенных под угрозой уголовного наказания на виновного. Такое же определение длящегося преступления дается и в доктрине уголовного права. Исходя из определения видно, что преступления, совершаемые путем бездействия, могут быть длящимися. Это прежде всего различного рода уклонения от выполнения правовых обязанностей (ст. 157, 198, 312 УК и др.).

Что же касается продолжаемых преступлений, то здесь, по нашему мнению, несколько иное положение.

Продолжаемые преступления - это совершение виновным ряда однородных действий, характеризующихся общностью цели (единством умысла), вследствие чего они составляют единое преступление. Некоторые ученые дополняют это определение указанием на наступление ряда однородных последствий. Во всех определениях продолжаемого преступления говорится только о действии, в отличие от длящегося преступления, при определении которого упоминается как действие, так и бездействие.

Представить себе продолжаемое преступление, совершаемое путем бездействия, весьма затруднительно.

Началом преступного бездействия является тот момент, когда лицо, обязанное и имеющее возможность совершить определенные действия, не делает этого, в результате чего причиняется вред охраняемым законом общественным отношениям.

Прекращается определенное бездействие в момент пресечения этого деяния правоохранительными органами, явки с повинной, прекращения обязанности действовать определенным образом, появления обстоятельств, делающих невозможным совершение требуемых действий либо декриминализации деяния. Вопрос о начале и окончании преступного бездействия, так же как и при преступлении, совершенном путем действия, имеет большое значение для решения вопросов о соучастии, добровольном отказе, условно-досрочном освобождении и т.п.

3. Общественно опасные последствия

Из предыдущих глав, где говорилось о главном социальном свойстве преступления - его общественной опасности, уже известно, что характер и степень этой опасности в наибольшей мере определяются причиненным правоохраняемым интересам вредом. Общественно опасные последствия представляют собой причиненные действием (бездействием) вредные изменения в охраняемых уголовным законом объектах.

Важным достоинством нового УК надо признать то, что, в отличие от предшествующего УК 1960 г., он уделяет большое внимание формулированию общественно опасных последствий по содержанию и величине. Кодекс старается избегать многозначности в терминологии и пишет об "общественно опасных последствиях", "вреде" (чаще всего применительно к физическим и комбинированным последствиям), "ущербе" (применительно к экономическим имущественным последствиям), "иных последствиях" (существенные, значительные, крупные, особо крупные последствия).

В Особенной части УК 96% норм содержат в диспозициях прямые указания на общественно опасные последствия как реальные, так и в виде создания угрозы причинения вреда. Возмещение вреда при деятельном раскаянии выступает основанием освобождения лица от уголовной ответственности (ст. 75 и примечания к нормам Особенной части Кодекса). Возмещение вреда и примирение с потерпевшим освобождает лицо от уголовной ответственности при совершении преступления небольшой или средней тяжести.

Все это говорит о существенной роли общественно опасных последствий при криминализации деяний и декриминализации преступлений, пенализации и депенализации преступных посягательств и индивидуализации наказания за них.

При неоконченном преступлении (см. гл. 8 УК) непричинение индивидуально или в соучастии (ст. 34) общественно опасных последствий также учитывается законодателем и правоприменителем как не наступившие по не зависящим от лица обстоятельствам.

Помимо общественно опасных последствий Кодекс в 29 случаях говорит о "результате" преступления. Есть ли разница между общественно опасными последствиями и результатом? В одних учебниках под результатом понимают материальное образование, имеющее натуральные, стоимостные, медико-биологические, физико-химические (например, отравление земли, загрязнение водоема вредными отходами производства) и тому подобные измеряемые параметры.

Считается, что между общественно опасными последствиями и результатами - соотношение содержания и формы. Другие авторы считают последствия и результаты синонимами.

Однако законодатель не случайно прибегает к различной терминологии. Правда, она вряд ли достигает значения различия содержания и формы. Анализ норм с признаком "результат" показывает, что им законодатель обозначает непосредственный экономический ущерб, оцениваемый по денежной стоимости чаще всего предметов преступления. Например, о предмете получения взятки в примечаниях к ст. 290 УК сказано: "Крупным размером взятки признается сумма денег, стоимость ценных бумаг, иного имущества или выгод имущественного характера, превышающая триста минимальных размеров оплаты труда".

Говорится и о крупном размере наркотических средств, об уничтоженном имуществе, об уклонении от уплаты налогов и т.п.

В составах кражи у граждан УК говорит о "значительном ущербе", краж у юридических лиц и государственных органов - о крупном размере (см. ст. 158 УК). Здесь различная терминология отражает неодинаковый материальный ущерб от кражи гражданину, который зависит от его материального положения, и о равновеликих стоимостях собственности юридических лиц.

Непосредственный экономический ущерб для точности квалификации, конечно, целесообразнее выражать именно в размерах, т.е. однозначном денежном измерении стоимости предметов преступления. Термин "ущерб" при уточнении его размеров больше пригоден для характеристики комплексных экономических и организационных общественно опасных последствий. Допустим, когда вследствие кражи последовало уничтожение имущества, нарушение функционирования организации, произошла утрата прибыли и проч. Например, такой ущерб был причинен преступниками, которые похитили большое количество проволоки, в результате чего была выведена из строя крупная ЛЭП и многонаселенный сибирский регион в декабре 1998 г. оказался без электроснабжения.

Комплексность общественно опасных последствий, состоящих из экономического, социального, психического, организационного вреда, также не позволяет представлять его размеры. В таких случаях законодатель в характеристике общественно опасных последствий прибегает к формулировкам. Типичный пример - состав злоупотребления должностными полномочиями (см. ст. 285 УК). В нем общественно опасные последствия описаны как "существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства".

В тех немногих случаях, когда можно дать исчерпывающий перечень преступных последствий, законодатель это делает.

Например, в ст. 272 УК "Неправомерный доступ к компьютерной информации" организационно-информационный вред представлен таким образом: ":уничтожение, блокирование, модификация, копирование информации, нарушение работы ЭВМ, системы ЭВМ или их сети". Однако далеко не всегда возможен исчерпывающий перечень дезорганизационного вреда. В ч. 1 ст. 274 "Нарушение правил эксплуатации ЭВМ, системы ЭВМ или их сети" последствия в простом составе сформулированы как "существенный вред", в квалифицированном составе - как "тяжкие последствия". Такие оценочные элементы состава определяются как ответ на вопрос факта, а не права.

Статья 153 Уголовно-процессуального кодекса признает потерпевшим лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред. Представляется, что этот перечень узок и неточен. Широко распространенное в гражданском праве понятие "моральный вред" в уголовном праве точнее называть психическим. Моральный вред влекут соответственно аморальные поступки, а не преступления. Клевета и оскорбление как преступления ущемляют честь и достоинство личности, его самооценку и публичную характеристику его имени. Кроме того, моральным вредом не охватываются самые разнообразные виды социального вреда потерпевшему, которые влекут нарушения его конституционных прав - политических, трудовых, семейных, жилищных и т.д. (см. гл. 19 УК).

Содержание общественно опасных последствий определяется содержанием объектов, вредные изменения в которых они производят. Уголовный кодекс предусматривает двадцать шесть видовых объектов. Столько же существует разновидностей общественно опасных последствий. Наиболее обобщенно они классифицируются на физические, психические, социальные, экономические и организационные. Последняя группа общественно опасных последствий наиболее разнообразна и многочисленна. Кроме того, все без исключения общественно опасные последствия обладают свойством противоправности. Все они дезорганизуют, вносят дисфункции в охраняемый УК правопорядок самим фактом нарушения уголовно-правового запрета.

Конституция охраняемую ею систему правоотношений заключает в три подсистемы: "личность - общество - государство". Личность - это психофизиологический феномен "человек". Социально-ролевой и социально-психологический феномен, социально-функциональный член общества - "личность", "гражданин". Вред человеку - это физический (смерть человека и вред его здоровью), а также вред половой неприкосновенности. Чести и достоинству причиняется вред психический. Кроме специальных глав и раздела о преступлениях против личности физический и психологический вред предусмотрен в нормах о преступлениях против общественной безопасности, против мира и безопасности человечества, а также во всех других нормах Кодекса, где указаны последствия в виде смерти или вреда здоровью человека. Социальный вред гражданину причиняют преступления против конституционных прав и свобод (гл. 19), против правосудия (гл. 31), против военной службы (гл. 33), интересам личности, общества, государства причиняется соответственно экономический (материальный, имущественный) ущерб.

Самые разнообразные объекты и соответственно общественно опасные последствия - в системе "государство". Здесь ущерб причиняется конституционному строю, власти и управлению, правосудию, воинским правоотношениям. Это организационный вред. Помимо дисфункции в соответствующих правоотношениях он нередко комбинируется с имущественным ущербом, физическим, социальным и психическим вредом.

Распространенный в теории довод о неизменяемости и "неосязаемости" и недоказуемости нематериальных последствий неубедителен. Нематериальные, т.е. социальные, психические, организационные, последствия в действительности по диалектической закономерности взаимосвязи качества и количества материи тоже имеют свои количественные параметры.

Следствие и суд должны их устанавливать, иначе нельзя отличить преступление от проступка и малозначительного деяния, определить характер и степень ущерба для его возмещения и индивидуализации наказания. Пункт "б" ч. 1 ст. 63 УК признает наступление тяжких последствий в результате совершения любого преступления отягчающим наказание обстоятельством.

Понятно, что измеряться такой нематериальный ущерб будет не трупами убитых, увечьем раненых или в деньгах, а собственными показателями, которые согласуются с содержанием объектов посягательства.

Так, психический вред при оскорблении оценивается степенью неприличия формы унижения чести и достоинства личности. В противном случае ругань типа "дурак" или "идиот" стали бы признаваться преступлением и влечь уголовную ответственность большой массы людей.

Глава 19 УК "Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина" предусматривает в диспозициях большинства норм социальные последствия - "вред правам и законным интересам граждан" (см. ст. 136, 137, 140 УК). Каким образом определять величину такого вреда? По значимости нарушенных прав - политических, трудовых, семейных, жилищных и т.д., по длительности и систематичности причинения вреда, по количеству потерпевших и др.

В диспозиции нормы о нарушении тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений граждан (ч. 1 ст. 138 УК) не указаны последствия в виде причинения вреда правам и законным интересам граждан. Поэтому она фактически не применялась прежде по УК РСФСР 1960 г. и не будет применяться по новому УК. Вскрытие почтовых ящиков и ознакомление с их содержимым ныне стало обычным явлением в жилых домах. Ставить вопрос о привлечении к уголовной ответственности за это, следуя ч. 1 ст. 138 УК, нереально. И именно потому, что отсутствуют серьезные нарушения прав граждан.

Фальсификация избирательных документов и документов референдумов (ст. 142 УК) влечет дисфункцию в избирательных процессах, а также ущемляет избирательные права граждан. Границы между преступлением и непреступным гражданским правонарушением проходят по величие причиняемого вреда, которая определяется объемом и значением фальсифицируемых документов. В частности, имеет значение, нарушена тайна голосования десятков или тысяч избирателей, проведено досрочное голосование большого или малого числа избирателей, долго ли проводилась предвыборная агитация в день голосования, каков объем расхождений по результатам подсчетов голосов на разных этапах, сколько избирателей было подкуплено и т.д. Такие и подобные им вполне конкретные параметры последствий и будут решать, надо ли возбуждать уголовное (или гражданское) дело.

А вот скажутся ли результаты фальсифицированного голосования на избрании судимого мэра (как это было в Ленинск-Кузнецке или в Нижнем Новгороде), действительно лежит за пределами данного состава.

По степени реализации общественно опасные последствия подразделяются на реальный ущерб (вред) и угрозу, опасность их причинения. Составы угрозы причинения вреда конструируются законодателем в случаях посягательств на особо ценные объекты (например, при заведомом поставлений другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией (ч. 1 ст. 122 УК), радиоактивного заражения (ч. 1 ст. 215 УК) и др.).

Различение реального причинения вреда и опасности (угрозы) его причинения не означает, что угроза не производит объективных изменений в правоохраняемых интересах. При угрозе также происходят вредные изменения в состоянии объектов: изменение ситуации их безопасного функционирования. Реальность такой опасности требуется доказывать, как и фактический вред.

По конструкции состава преступления общественно опасные последствия бывают простые (одновременные и однородные) и сложные (комплексные, длящиеся). Это определяется тем, имеет ли состав два объекта, либо содержательными особенностями одного объекта, либо спецификой процесса причинения вредных изменений по продолжительности. Например, в сложном составе разбоя два объекта - безопасность, здоровье человека и имущественные интересы гражданина. Отсюда и ущерб разбоя - физический и имущественный. Комплексный характер обычно имеет ущерб хулиганства в виде вредных изменений в общественной безопасности и общественном порядке. Хулиганский вред включает в себя физический, имущественный и организационный вред.

Пленум Верхового Суда СССР в постановлении от 2 апреля 1990 г "О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти и должностной халатности", отражая многообразие преступных последствий в должностных преступлениях, указал: "Существенный вред как необходимый признак состава должностного преступления может выражаться не только в причинении материального ущерба, но и в нарушении конституционных прав и свобод граждан, в подрыве авторитета органов власти, государственных и общественных организаций, нарушении общественного порядка и других".

Физический вред и экономический ущерб поддаются достаточно четкому измерению. Поэтому в составах преступлений с таким вредом последствия, как правило, дифференцируются по ущербу на хищение простое, крупное и особо крупное.

Тщательно дифференцируются составы с физическим вредом здоровью граждан. Вред здоровью подразделяется в зависимости от объема утраты трудоспособности и здоровья, а также продолжительности заболевания - на легкий с расстройством здоровья, средней тяжести и тяжкий вред здоровью.

Измеряемый в определенных единицах имущественный ущерб, как правило, прямо фиксируется в законе. УК 1996 г. в случаях прямого экономического ущерба в примечаниях четко определяет размеры существенного, значительного, крупного, особо крупного вреда. Например, в примечании 2 к ст. 158 УК (кража) сказано, что "крупным размером в статьях настоящей главы признается стоимость имущества, в пятьсот раз превышающая минимальный размер оплаты труда, установленный законодательством Российской Федерации на момент совершения преступления".

Критики нового УК нередко высказывают в адрес законодателя упрек в том, что он не во всех нормах определил размер экономического ущерба. Однако упрек вряд ли основателен. В экономических преступлениях четко определить можно лишь прямой и простой имущественный ущерб. Если он по содержанию и объектам сложен, носит характер косвенного ущерба, то в конкретном денежном выражении его представить сложно или невозможно. В таких случаях закон употребляет выражение "ущерб гражданам, организациям или государству". Например, ч. 2 ст. 176 УК называет весьма распространенный ныне вред в виде незаконного получения государственного целевого кредита, а равно его использование не по прямому назначению, "если эти деяния причинили крупный ущерб гражданам, организациям или государству". Очевидно, что такой сложный и по содержанию, и по потерпевшим ущерб выразить в деньгах не представляется возможным. То же относится к крупному ущербу при незаконном использовании товарного знака (ст. 180 УК), заведомо ложной рекламе (ст. 182 УК), преднамеренном банкротстве (ст. 196 УК), фиктивном банкротстве (ст. 197 УК) и др.

Еще сложнее поддается измерению нематериальный ущерб - организационный, психический, социальный. Единицами их измерения выступают время, продолжительность вредоносных изменений в объектах посягательства, глубина, стойкость, необратимость причиненного ущерба, актуальность безвредного функционирования объекта в соответствии с местом и временем совершения деяния и другие параметры.

Без тщательного взвешивания нематериальных последствий (а их - большинство сравнительно с имущественными и физическими) исключается возможность правильного ответа на следующие принципиальные вопросы: имеется ли общественная опасность и нет ли малозначительного деяния, совершено преступление либо правонарушение, какой ущерб учитывать при наказании лица. Например, административное мелкое хулиганство отличается от уголовного хулиганства. Вред последнего, как отмечалось, сложносоставный, он слагается из ряда последствий - дезорганизационных, физических, имущественных, психических. Они могут присутствовать в содеянном полностью либо частично. Если хулиганство ограничивается неимущественным и нефизическим вредом, возникает вопрос об измерении организационного или психического вреда. Тогда в расчет следует принимать продолжительность нарушения порядка, стойкость его дисфункции в зависимости от места, времени, обстановки совершения деяний, свойств участников общественных отношений, понесших вред от хулиганства, психологическую нагрузку хулиганского ущерба и другие признаки, влияющие на тяжесть последствий хулиганства. Так, кратковременное нарушение спокойствия в зале дискотеки путем расталкивания танцующих может оцениваться как аморальный поступок, продолжительное со срывом работы дискотеки - как административное мелкое хулиганство. Полный же срыв работы молодежного клуба - единственного культурного центра на селе, причинение имущественного ущерба дают основание для признания содеянного как уголовно наказуемого хулиганства по ч. 1 ст. 213 УК.

Поскольку в преступлениях с нематериальным вредом преступные последствия носят неявный характер, предельно четкое их взвешивание позволит избежать субъективизма. В обвинительных заключениях и приговорах должны быть конкретно указаны те общественно опасные последствия, которые вменяются в ответственность виновному.

С наступлением общественно опасных последствий оканчивается состав преступления. Однако случается, что и после наступления преступных последствий, являющихся обязательным элементом состава преступления, следует целая цепочка дальнейших, находящихся за пределами состава, последствий. Такие последствия называются дальнейшими или дополнительными. В квалификации преступления они не участвуют, так как лежат за рамками составов, однако при наличии их предвидения учитываются судом как отягчающие наказание обстоятельства. В п. "б" ч. 1 ст. 63 УК к числу обстоятельств, отягчающих наказание, отнесено "наступление тяжких последствий в результате совершения преступления". В качестве дополнительного дальнейшего вредного последствия в экономических и должностных преступлениях может выступать, например, упущенная в результате соответствующего преступления прибыль предприятия. При предвидении этих последствий они вменяются лицу в качестве отягчающих наказание обстоятельств.

Возможны случаи, когда дальнейшие, прямо нежелаемые субъектом последствия, но предвидимые им с косвенным умыслом или по легкомыслию, вменяются ему как самостоятельное преступление, и ответственность наступает по совокупности двух и более преступлений. Например, если субъект угнал автомашину, снял с нее колеса и бросил в безлюдном месте, где она пришла в негодность, виновный будет отвечать по совокупности трех преступлений: угон автотранспорта, кража и повреждение имущества.

УК предусматривает сорок статей со сложными составами преступлений, имеющих два или более последствия. Они называются составами, квалифицированными дополнительными тяжкими последствиями.

Соответственно столько же объектов посягательств и две формы вины: умысел в отношении основного вреда и неосторожность в отношении следующих за ним более тяжких последствий. Преступления с двумя последствиями, двумя формами вины и двумя объектами предусмотрены в ст. 27 УК.

Таковы умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее за собой по неосторожности смерть, уничтожение имущества, повлекшее по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, разглашение государственной тайны, повлекшее тяжкие последствия, и др. В этих и подобных составах преступлений основное преступное последствие, которое причиняет первый ущерб объекту, в частности, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, уничтожение имущества. Второе, последовавшее более тяжкое последствие - чаще всего, смерть человека. Оба являются обязательными последствиями, прямо описанными в диспозиции уголовно-правовой нормы. Есть специфика и в формах вины к основному последствию - прямой (косвенный) умысел, ко второму - обязательно неосторожность.

Если в составах, квалифицированных другим, более тяжким последствием, второе последствие по времени наступает после первого, то имеются такие сложные составы, где разрыв во времени может быть минимальным либо даже вовсе отсутствовать.

Это составы с двумя объектами и, соответственно, с двумя последствиями.

Итак, значение общественно опасных последствий сводится к следующему:

1. Они выступают ведущим основанием криминализации деяний.

2. Общественно опасные последствия участвуют в квалификации преступлений.

3. Они служат решающим разграничительным признаком преступлений и непреступных правонарушений, а также аморальных поступков.

4. Аналогичная роль общественно опасных последствий при определении малозначительности деяния, не являющегося преступлением.

5. Дальнейшие, дополнительные, за рамками составов лежащие последствия, если лицо их предвидело, учитываются судом при назначении наказания как отягчающее обстоятельство

4. Причинная связь между действием (бездействием) и общественно опасными последствиями

Обязательным условием уголовной ответственности лица является наличие причинной связи между действием (бездействием) и наступившими вредными последствиями. Речь идет об установлении того, что наступившие общественно опасные последствия порождены данными действиями (бездействием) лица, а не действиями третьих лиц либо каких-либо деяние продуцировало предусмотренные законом общественно опасные последствия.

Методологически причинная связь - это один из видов детерминации. Детерминация представляет собой взаимосвязь явлений, при которой одно явление определяет (детерминирует) появление другого. В философии таких связей насчитывается свыше тридцати. Для уголовного права значимы две - причинная связь (причинение) и обусловливающая связь (обусловливание). При причинной связи действие (бездействие) само порождает, продуцирует, воспроизводит последствия. При обусловливании одно явление лишь создает возможность, которая реализуется посредством появления последствий. Причина и условие тесно взаимодействуют. Без благоприятной ситуации возможность появления последствий причиной не реализуется.

Однако при взаимодействии причины и условия они сохраняют свою специфику разных видов детерминации: причина со следствием связана генетической связью, условие обусловливается ею.

Причинная и обусловливающая связи являются объективными видами связи. Причина и условие всегда предшествуют следствию. Однако не всякая временная последовательность означает детерминацию: "роs nос nоn propter nic" - "после того не значит вследствие того". Причины и условия, с одной стороны, и следствие - с другой, изоморфны, т.е. однородны по содержанию, в том числе по общественной опасности. В учении о причинной связи в уголовном праве встречаются утверждения, что философское понятие причины и следствия полностью применимо в уголовном праве. Однако такое мнение нуждается в уточнении. Механизм причинения, причинность, каузальность, действительно, едины для всех явлений природы и социальной деятельности. Сами же причина и следствие в соответствующих сферах функционирования специфичны. В уголовном праве причины всегда суть действия или бездействие лица, достигшего определенного возраста и вменяемого. Последствия же всегда - общественно опасный вред, ущерб охраняемым уголовным законом правоотношениям.

Существуют определенные правила и этапы установления причинной связи между действием (бездействием) и общественно опасным последствием. Во-первых, объективность причинно-следственной связи предполагает исследование ее независимо от вины. Сначала констатируется наличие объективной связи между действием и последствием и лишь затем устанавливается вина в форме умысла либо неосторожности по интеллектуально-волевому отношению к причинному последствию.

Во-вторых, причиной и условием наступления преступного последствия в уголовном праве выступает исключительно действие или бездействие субъекта преступления. Ни силы природы, ни активность вменяемых лиц либо животных, ни работа механизмов причиной преступных последствий не являются. Этим отличается причинная связь по уголовному делу между действием и вредом (ущербом) от причинной связи в том же уголовном деле, но устанавливаемой различными судебными экспертами. Например, по делам об убийстве всегда проводится судебно-медицинская экспертиза, которая устанавливает биологическую причину наступления смерти. Грубую ошибку допускает тот следователь или суд, которые перед судебно-медицинскими экспертами ставят вопрос о том, было ли деяние данного субъекта причиной смерти потерпевшего. На этот уголовно-правовой вопрос отвечает сам следователь или суд. Судебно-медицинская экспертиза дает заключение такого, в частности, содержания: причиной смерти потерпевшего явились удары острым предметом в его сонную артерию, что вызвало кровопотерю с последующей остановкой сердца. Используя эти данные, следователь или суд исследуют, были ли соответствующие действия (бездействие) подозреваемого (обвиняемого, подсудимого) причиной наступления смерти потерпевшего, т.е. убийства.

Действие как условие либо причина должно обладать признаками волимости, мотивированности и целенаправленности.

Когда выбор лица блокируется непреодолимой силой, физическим насилием, исключающим возможность руководить своими поступками, действие (бездействие) в уголовно-правовом смысле отсутствует. Стало быть, нет и первичного звена причинной связи в уголовном деле.

Субъект действия (бездействия) должен обладать необходимыми уголовно-правовыми свойствами лица, совершившего преступление: быть вменяемым, достичь требуемого возраста ответственности. Для специального субъекта необходимо дополнительно установить признаки профессиональной принадлежности, пола, возраста и проч., которые требуются соответствующими нормами УК.

В-третьих, действие (бездействие) лица должно быть, как минимум, антисоциальным, заключающим в себе определенный риск, возможность вредных последствий. Если действие было социально полезным либо социально нейтральным, оно из дальнейшего установления причинной связи исключается. Так, нельзя признавать причиной тяжкого телесного повреждения действия сторожа, который крикнул на подростка, пытавшегося залезть в конюшню, чтобы угнать для прогулки лошадь, если подросток, убегая, сломал себе ногу. Нет причинной связи между действием лица, которое поставило на ноги валявшегося пьяного и направило его к дому, а тот, пройдя несколько шагов уже вне поля зрения этого лица, резко свернул и попал под идущий автомобиль. В обоих случаях действия лица были социально полезными, следовательно, деянием, повлекшим преступные последствия, они признаваться не могут.

Чаще всего, как отмечалось, вопрос о причинной связи между действием и последствием возникает в преступлениях против личности, особенно в убийствах, в преступлениях, связанных с нарушением правил техники безопасности на производстве и транспортной безопасности. Установление факта причинения вреда в таких преступлениях предваряется точной фиксацией того правила безопасности, которое нарушило лицо. В преступлениях против жизни это правила бытовой безопасности: обращения с огнем или оружием, газом, электричеством либо врачебные правила, в автотранспортных преступлениях - правила дорожного движения и т.п. Если лицо таких правил не нарушило, дальнейшее исследование связи его деяния с фактически наступившими вредными последствиями прекращается. Причина ущерба выявляется в иных деяниях либо в другой активности сил природы, животных, механизмов, болезней и т.д.

Иными словами, в сложной цепи детерминации общественно опасных последствий надо вычленить антисоциальные, неправомерные с точки зрения административного, трудового, гражданского, экологического и т.п. права деяния или резко противоречащие основам нравственности действия (бездействие), в которых содержится та толика риска, возможности причинения вреда, которая позволяет продолжить анализ каузальности. Позитивный ответ на поставленный вопрос об антисоциальности, неправомерности или аморальности деяния составляет второй этап исследования причинной связи между действием и преступными последствиями.

В-четвертых, следующий этап исследования охватывает установление того, было ли правомерное либо аморальное деяние необходимым условием наступления вредных последствий. Для этого достаточно вычленить данное деяние из цепи детерминации, и если события будут развиваться так, как они развивались, значит, это деяние не являлось необходимым условием наступления последствий. Так, за неосторожное уничтожение государственного имущества не может нести ответственность уборщица Н., которая, уходя домой, оставила невыключенной электрическую плитку с чайником. Экспертиза установила, что склад был подожжен заведующим складом, который использовал нарушение Н. правил безопасности, чтобы поджечь склад с целью сокрытия хищения. В данном случае Н. допустила нарушения правил пожарной безопасности, однако ее действия не были необходимым условием пожара, ибо независимо от них поджог был произведен другим лицом.

В обобщении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР "Применение судами законодательств об ответственности за автотранспортные преступления" отмечалось: "Имеются случаи осуждения лиц при отсутствии причинной связи между допущенными ими нарушениями правил дорожного движения и наступившими последствиями. Суды иногда не учитывают, что действия водителя становятся преступными не при всяком нарушении правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, а только при таком, которое создало аварийную обстановку и повлекло соответствующие последствия: гибель людей, причинение телесных повреждений либо существенного материального ущерба".

Правонарушения, которые не были необходимым условием общественно опасного последствия, не могут стать их наступления соответствующего вреда. Так, Ч. был признан виновным в том, что он, являясь водителем автоцистерны, нарушил правила движения, в результате чего наехал на семилетнего мальчика, который от полученных повреждений скончался. тормоза. Вышестоящий суд отметил, что хотя нарушения установлены, но не они явились причиной наезда на потерпевшего.

Отсутствие номерного знака вообще в расчет приниматься не должно, ибо не содержало и малой вероятности создания аварийной скоростью 20-25 км в час по улице навстречу грузовой автомашине, на заднем борту которой висел потерпевший. Когда передняя часть автоцистерны находилась на расстоянии 15 м от заднего борта встречной машины, потерпевший отцепился от борта и стал перебегать улицу. Увидев в непосредственной близости от автоцистерны перебегающего улицу мальчика, Ч. попытался свернуть автоцистерну в сторону и тем самым избежать наезда, но мальчик ударился о горлышко бензобака и от полученных при этом тяжких повреждений умер. Ошибка суда первой инстанции произошла потому, что он признал наличие причинной связи там, где нарушения даже не были необходимыми условиями.

По тем же основаниям был оправдан Г., которому было вменено в ответственность нарушение ряда предписаний правил безопасности в газовом хозяйстве. Будучи главным инженером управления "Бакгаз" и зная о коррозии и непригодности вследствие этого к эксплуатации газопровода, он не принял меры к осуществлению ремонта, что привело к взрыву газа в техническом подполье жилого дома с тяжкими последствиями. Однако заключение технической экспертизы и материалы дела показали, что взрыв произошел не вследствие коррозии повреждений газопровода, который на взорвавшемся участке был в удовлетворительном состоянии, а вследствие разрыва сварочного шва, некачественно исполненного сварщиком при монтаже газопровода.

В данном деле бездействие Г. также не выступало необходимым условием наступивших последствий. Хотя Г. и не производил ремонта коррозийного газопровода, так как дважды отвергал ремонтно-сметную документацию (которая и не требовалась), между этим его поведением и аварией причинная связь отсутствовала. Причина заключалась в недоброкачественной сварке газопровода. Поэтому Пленум Верховного Суда СССР в постановлении по делу Г. признал правильным вывод суда об отсутствии причинной связи между действиями Г. и утечкой газа со взрывом, повлекшим человеческие жертвы.

Точки зрения о необходимом условии как причине общественно опасного последствия придерживается В.Б. Малинин. В его докторской диссертации "Причинная связь в уголовном праве: вопросы теории и практики" приведена, например, такая иллюстрация: "А. наносит С. легкую рану, и последний погибает во время пожара в больнице, где он находился на излечении от полученного ранения. Причинная связь между действиями А. и смертью С. имеется, так как рана, нанесенная А., является одним из необходимых условий смерти. Если бы рана не была нанесена, то не наступила бы смерть".

Даже с учетом оговорки о том, что широту обусловливания ограничивает вина субъекта, с таким пониманием причинной связи в уголовном праве согласиться нельзя, тем более, что и сам автор критикует смешение объективной причинной связи с виной.

Пятый этап установления причинной связи состоит в признании того, было ли деяние, выполнявшее роль необходимого условия, собственно причиной последствий. Всякая причина заключает в себе необходимое условие наступления результата, но не наоборот: не всякое необходимое условие является причиной последствий. Причина сама, в силу внутренне присущих ей продуцирующих свойств, воспроизводит последствие. Условия такими генетическими свойствами не обладают. Они способствуют появлению причин и их действию. При этом причина исследуется не вообще, не среднестатистически и типично, а конкретно, в данных обстановке, месте и времени ее действия. Поэтому она может быть и типичной, и случайной в конкретной ситуации. И в первом, и во втором случаях она причинно закономерна. Выстрел в сердце - причина смерти. Легкий удар по голове, имеющей аномалии, - также причина смерти при данном состоянии здоровья потерпевшего.

В теории иногда ставится под сомнение причинная связь при бездействии: ничто не может породить ничего. При бездействии, мол, следует устанавливать связь не между бездействием и последствием, а предшествующим бездействию действием и последствием.

Так, М.Д. Шаргородский писал, что "при бездействии причинная связь отсутствует вообще. И вопрос, который нужно решать в этом случае - не о том, когда бездействие является причиной наступившего результата, а только о том, когда субъект отвечает за бездействие: Когда преступник желал наступления преступного результата и сознательно бездействовал для того, чтобы результат наступил, то, хотя причинной связи нет, виновный отвечает и как за причинение, ибо он обязан был действовать". Когда нет причинной связи, но виновный отвечает как за причинение - это аналогия. Кроме того, в цитированном утверждении вопрос о причинной связи заменен вопросом о вине.

Такая позиция обоснованно не воспринимается ни теорией, ни практикой. Бездействие не есть ничто. Оно, как неоднократно показывалось в предыдущих главах учебника, такая же форма поведения, как и действие. УК ни в одной статье не разделяет действие и бездействие. При активной форме поведения лицо само собственными силами приводит в движение нужные ему способы достижения общественно опасного результата - собственными руками, ногами, гортанью и языком, используя механизмы, животных и проч. При пассивной форме поведения лицо позволяет другим лицам, механизмам, животным и проч. вызывать последствия, в то время как закон возлагал на него прямую обязанность не допускать этого, и такая возможность у бездействующего лица имелась. Каузальные потенции у действия и бездействия равны.

Допустимо сопричинение общественно опасных последствий двумя или более лицами. Такое сопричинение имеет место, к примеру, при соучастии в преступлении. Сопричинить единое последствие могут действующие по неосторожности лица, в равной или различной степени нарушающие правила технической, транспортной, бытовой безопасности. Например, два водителя автотранспорта, совершившие наезд на одного пешехода, нарушение правил безопасности производства строительных, горных, взрывоопасных и проч. работ. Так, производящие капитальный ремонт пятиэтажного дома П. и З. должны были сбросить строительный мусор. П. предложил напарнику спуститься на землю и постоять там, пока он будет сбрасывать мусор, чтобы никто не пострадал. З. решил "рационализировать" работу: крикнул с третьего этажа "бросай". Сброшенным мусором был ранен вышедший из дома жилец. В данном деле оба рабочих нарушили правила безопасности производства строительных работ, что и повлекло причинение вреда здоровью средней тяжести. По степени сопричинения и вины каждый понес наказание.

Сложнее устанавливать причинную связь, когда в процесс причинения последовательно включаются действия других лиц или природных явлений. Например, когда хирург плохо зашил рану раненного в живот потерпевшего, который вследствие перитонита умер. Хотя ранение в живот само по себе опасно для жизни, и, если бы не медицинское вмешательство, потерпевший скорее всего скончался бы, однако здесь в процесс детерминации вмешались действия других лиц и изменили течение причинности. В обстановке оказанияскорой врачебной помощи такое ранение оказалось лишь необходимым условием. При доброкачественной хирургической операции раненый остался бы живым. Причиной смерти пациента стала ошибка хирурга, за что он и должен понести ответственность согласно ч. 2 ст. 109 УК - причинение смерти по неосторожности вследствие смертью раненого. абстрактно, а конкретно, с учетом обстановки, места, времени совершения деяния.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ "О практике применения судами законодательства об ответственности за совершены ли противоправные деяния в состоянии крайней необходимости". добавить - и обоснованного риска), то причинная связь также отсутствует. денном деле, при случайно-причинной связи отсутствует. Без вины же нет состава преступления, нет и ответственности.

Таким образом, исследование причинной связи проходит такие этапы:

1) первое звено цепи причинности: причина - конкретное действие или бездействие субъекта, обладающего уголовно-опасного последствия не является;

2) следствие как последнее звено причинной связи - общественно опасные последствия;

3) действие (бездействие) по времени должно предшествовать наступлению;

4) действие (бездействие) должно быть асоциальным: неправомерным либо грубо аморальным, содержащим определенный риск наступления вреда;

5) деяние должно выполнять в цепи детерминации роль необходимого

6) деяние должно быть признано не просто необходимым условием, но причиной последствий, и не вообще, а в конкретной обстановке его совершения;

7) нельзя допускать смешения причинной, всегда объективной связи между действием (бездействием) и последствием, и виновной связи между ними в форме умысла либо неосторожности. Вначале следует устанавливать объективную причинную связь, а затем возможность ее предвидения субъектом.

В большинстве преступлений действие (бездействие) и последствия не только тесно связаны, но и не имеют временного разрыва, поэтому установление причинной связи не вызывает трудностей. Как правило, очевидна причинная связь между действием и последствием в преступлениях с нематериальными психологическими или дезорганизационными последствиями, например, клевете, угрозе, в посягательствах на конституционные права граждан. Не вызывает проблем установление причинной связи в преступлениях с материальным ущербом типа кражи, грабежа, материально-физическим вредом в разбое.

В быстро протекающих деяниях, к примеру, в хулиганстве или вандализме, где действие (бездействие) неразрывно связано с последствиями, тоже не возникает серьезных проблем с выяснением причинной связи.

Иная картина причинности - в посягательствах на жизнь и здоровье граждан, автотранспортных преступлениях, нарушениях правил техники безопасности. В таких преступлениях смерть потерпевших либо их увечье нередко наступает не сразу и по-разному в зависимости от привходящих обстоятельств, например, своевременности оказания медицинской помощи, ее квалифицированности, от состояния здоровья потерпевшего и многих других факторов.

Приведенное объяснение причины и следствия, а также этапов причинения в уголовном праве отличается своей практичностью. По любому уголовному делу она работает и позволяет избегать смешения причин и условий, объективной и субъективной связи, отражает специфику следствия как общественно опасного последствия и причину как действия и бездействия субъекта с уголовно-правовыми признаками, устанавливать не абстрактно-типичную, статистически усредненную причину, а конкретную именно в данных обстановке, месте, времени, особенностях потерпевшего и т.д. Такое толкование причинности, причины и следствия в уголовном праве впервые было представлено сорок лет назад и ни разу не подвергалось критике. Более того, в одном из учебников оно почти полностью воспроизводится (правда, без ссылки на источник) как очевидное.

Критические замечания делает только все тот же В.Б. Малинин. Он не согласен, что действие как причина общественно опасного последствия должно быть волимым, мотивированным и целенаправленным, так как, якобы, это признаки вины. Это неверно. Волимость (свобода выбора), мотивированность и целеполагание присущи любому человеческому поведению на психологическом уровне. Без этих признаков, например, под влиянием непреодолимой силы, физического принуждения, невменяемости лица, отсутствует действие или бездействие. Они не предусмотрены в вине, о чем четко говорится в гл. 5 УК РФ.

Далее, В.Б. Малинин отвергает специфику причины в уголовном праве как асоциального действия. Он пишет, что причинная связь имеется как между действием лица, убившего соседа в драке, так и лица, убившего другого при необходимой обороне. Однако это противоречит специфике причины в уголовном праве - действие и бездействие всегда, согласно закону, общественно опасны. При необходимой обороне убийство отсутствует, а лишение жизни нападающего при угрозе жизни обороняющегося или других лиц общественна полезно. УК РФ 1996 г. правильно отказался от термина "убийство" при неосторожной вине. Статья 109 говорит (как это в свое время предлагал М.Д. Шаргородский) о причинении смерти по неосторожности.

Наконец, автор монографии о причинной связи в уголовном праве считает, что разделение причинности (точнее, детерминации) на причины и условия неверно как с философской, так и с правовой точек зрения. Такое различение он оценивает как "недопустимое". "Философская недопустимость" доказывается единственной цитатой из энциклопедического словаря следующего содержания "Под причиной (лат. causa) понимается явление, действие которого определяет, изменяет, производит или влечет за собой другое явление; последнее называют следствием. Производимое данной причиной следствие зависит от условий. Одна и та же причина при разных условиях вызывает неодинаковые следствия. Различие между причиной и условием относительно. Каждое условие в определенном отношении является причиной, а каждая причина в соответствующем отношении есть следствие".

Даже отвлекаясь от недостаточной фундаментальности словаря десятилетней давности издания, приведенное положение различает причины и условия, отмечает их взаимосвязь, требует конкретного анализа причинности "в определенном" и в "соответствующем отношении". При фиксированном же по обстановке, месте и времени причинении общественно опасных последствий и по механизму действия, и по содержанию причины (действия, бездействие) и следствия (вред, ущерб правоохраняемым интересам) причины и условия четко различимы.

"Правовая недопустимость" неотождествления причин и условий в уголовном праве опровергается криминологией, Уголовным и Уголовно-процессуальным кодексами. Так, ст. 21 УПК РСФСР гласит: "При производстве дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства уголовного дела орган дознания, следователь, прокурор и суд обязаны выявлять причины и условия, способствовавшие совершению преступления". Статья 68 УПК к числу обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, относит "причины и условия, способствовавшие совершению преступления". УК РФ в описании объективной стороны преступлений постоянно использует термин "причинение". Например, ст. 109 "Причинение смерти по неосторожности", ст. 111 "Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью", п. "д" ч. 2 ст. 161 - грабеж, совершенный "с причинением значительного ущерба гражданину" и т.п.

В тех нормах, где УК использует слово "повлекло" те или иные общественно опасные последствия, имеются в виду действия (бездействие), которые непосредственно вызвали результат. Именно они входят в объективную сторону составов преступлений. Условия причинения в виде обстановки, места, времени причинения являются факультативными элементами объективной стороны и никогда сами причинить последствия не могут. Неудивительно, что в своей оригинальной и информативной докторской диссертации В.Б. Малинин вносит предложение исключить из УК РФ термин "причинение".

Исторически наиболее ранними теориями причинной связи в уголовном праве были две теории: эквивалентная и адекватная теории. Первая именуется также теорией условий ("conditio sine qua nоn" - "условие, без которого нет"). Сторонники этой теории признавали причиной преступных последствий любое действие (бездействие), которое выступало необходимым условием наступления преступного результата. При этом все условия оценивались как равнозначные, без различения на главные и второстепенные (отсюда название теории "эквивалентная"). Не различались также причины и условия, являющиеся в действительности неодинаковыми видами детерминант. В соответствии с этой теорией причинная связь признавалась между легким вредом здоровью и смертью потерпевшего, который пошел с легким ранением пальца в поликлинику и по дороге попал под машину. Аргументация: не будь причинения легкого вреда здоровью, потерпевший не пошел бы в поликлинику, а не пошел бы в нее - не попал бы под машину и остался бы жив. Отсюда выводится причинная связь между легким вредом здоровью и смертью потерпевшего, либо легкое ранение оказалось необходимым условием дальнейшего развития событий.

Достоинством эквивалентной теории следует признать положение о "необходимом условии". Действительно, если то или иное действие или бездействие не обладает свойствами необходимого условия, оно должно исключаться из причинной цепочки.

Установление признака необходимого условия несложно: достаточно мысленно выключить соответствующее деяние из цепи детерминации, и если цепь не разрывается, значит, оно не было необходимым условием наступления последствий. Концепция необходимого условия и ее мысленного элиминирования (выключения) была развита известным грузинским профессором Т.В. Церетели. Новый УК Грузии 2000 г. включил эту концепцию в ст. 8 "Причинная связь". В ней сказано, что "причинная связь существует тогда, когда деяние является необходимым условием предусмотренного соответствующей статьей настоящего Кодекса противоправного последствия или его конкретной опасности, без которого в данном случае это последствие не наступило бы либо не создалась бы такая опасность".

Недостатки данной теории, давно и обоснованно критиковавшейся в уравнивании всех условий наступления преступного результата, а отсюда - в чрезмерном расширении объективных оснований уголовной ответственности. В противовес эквивалентной теории была выдвинута так называемая "адекватная теория". Название она получила от воззрения на причину как соответствующую (адекватную), типичную, среднестатистически закономерную для наступления последствий. Эта теория уже различала причины и условия, признавая причиной лишь те детерминанты, которые по своей адекватности, соответственности последствиям были способны их продуцировать. Случайные, нетипичные, нестандартные действия из числа причин исключались, хотя фактически они и вызвали результат.

Положительной стороной адекватной теории надо считать различение ею причин и условий последствий, признание причинами лишь закономерных для воспроизводства следствий деяний. Очевидный недостаток - пренебрежение диалектикой случайного и необходимого. Случайность является стороной необходимости, т.е. такой же закономерностью, как и необходимость. Нетипичность, нестандартность того или иного деяния, его случайность вообще, как правило, не исключают того, что в данных конкретных условиях именно оно породило последствие. Истина конкретна, поэтому исследовать причинность и вообще детерминацию надо не в абстракции не вообще, а при данных конкретных обстоятельствах. Это игнорировала адекватная теория и потому резко сужала причины последствий лишь типичными деяниями. Легкий вред здоровью они не считали причиной смерти, хотя именно он оказался смертоносным в конкретной обстановке ввиду тяжелого заболевания потерпевшего.

Погрешностями адекватной теории точки зрения и тех ученых, которые считали причиной преступных последствий лишь действия, которые с необходимой закономерностью их порождали. Случайные причины таковыми не признавали. Эта позиция обоснованно критиковалась.

Неверно смешивать две различные диалектические закономерности: причину и непричину, случайность и необходимость.

При таком смешении причина оказывается необходимой закономерностью, а случайность - и непричиной, и незакономерностью. Между тем случайность является другой стороной необходимости, закономерностью и способна причинять последствия. Причина возможна в виде закономерно необходимой и закономерно случайной. При исследовании причины общественно опасных последствий следует устанавливать, послужило ли данное действие (бездействие) причиной наступления последствий либо нет. Случайна или необходима причина, значимо для установления вины, а не объективного процесса детерминации. Случайное причинение вредных последствий исключает вину, а не причинную связь.

Иллюстрацией неразличения разных закономерностей может служить следующее утверждение авторов одного из учебников: "В теории уголовного права и практике правоприменения уголовного закона господствующим является положение, согласно которому за объективно случайные последствия своих действий лицо не может нести уголовную ответственность. Но подавляющее большинство российских представителей науки уголовного права отрицательно относится к этой позиции. К этому следует добавить и то, что в опубликованной практике Верховного Суда Российской Федерации ни разу не встречается осуждение лица за действия, находящиеся в случайной причинной связи с наступившими общественно опасными последствиями.

Принятие критикуемой позиции на практике означало бы существенное расширение сферы уголовно-правового регулирования, перенос центра тяжести в борьбе с антисоциальными явлениями только на метод государственно-правового принуждения, что не согласуется с установками уголовной политики в условиях построения в России подлинно демократического правового государства".

Далее авторы цитированного учебника приводят такую, якобы, диалектическую закономерность: причина причины есть причина следствия. Между тем в диалектике детерминации нет такой закономерности. Напротив, причина причины есть условие последствия. Поэтому и с решением в учебнике конкретного дела нельзя согласиться. Раненный потерпевший погиб не от раны, а от врачебной ошибки. Авторы утверждают, что причинная связь здесь наличествует не между действиями хирурга, не ушившего рану, вследствие чего больной погиб от перитонита, а между ранением и смертью. Действительно же, ранение в конкретной (а не абсолютно типичной) ситуации послужило необходимым условием для хирургического вмешательства. Причиной смерти стала врачебная халатность.

Авторы необоснованно отождествляют причинность с уголовной ответственностью. За объективно случайные последствия, действительно, уголовная ответственность не наступает, но не из-за отсутствия причины (авторами признана случайная причинная связь), а из-за отсутствия вины. Аргументы же относительно "подавляющего большинства российских ученых науки уголовного права" (ссылки на них не приводятся) неубедительны. Список противников критикуемой позиции достаточно весом.

Они проводили специальные исследования причинности в уголовном праве и криминологии. В утверждении, что в практике Верховного Суда РФ (и не только опубликованной) нет примеров осуждения за случайное причинение вредных последствий, опять смешиваются причинность и ответственность. За случайное причинение вреда ответственность, действительно, не наступает, но не из-за отсутствия причинной связи, а из-за отсутствия виновной связи: лицо не в состоянии предвидеть случайную причинность. Уголовно-политическая аргументация относительно переноса центра тяжести на принуждение и расширение уголовно-правового регулирования, недопустимого якобы в подлинно демократическом правовом государстве, отдает популизмом и к концепции детерминации отношения не имеет.

В зарубежной доктрине о причинной связи в уголовном праве, например, в немецкой, можно встретить теорию риска. Она считает причиной преступного последствия такие действия или бездействие, которые содержат в себе определенную долю риска наступления соответствующего вреда. Эта теория фактически близка к адекватной, ибо не признает нетипичные случайные связи, которые в данной обстановке в действительности причинили вред. Однако ее положительной стороной следует считать то, что риск или его вероятность (возможность) действительно в той или иной мере должны присутствовать в причине. Например, далеко не все нарушения дорожно-транспортных правил связаны с безопасностью движения и эксплуатации транспорта. К примеру, езда на автотранспорте без номерных знаков либо водительского удостоверения сама по себе не может создать риск аварии.

В мировом уголовном законодательстве очень редко можно встретить нормы о причинной связи (есть, например, в УК Афганистана 1976 г. и УК Вьетнама 1980 г.). Нормативно регламентировать причинную связь весьма сложно. Попытка была предпринята американским институтом права в "Примерном Уголовном кодексе (США)". Статья 2.03 поставила вопросы уже в заголовке: "Причинная связь между поведением и результатом, отклонение фактически причиненного от задуманного или ожидаемого результата либо фактически причиненного от вероятного результата". Объективная причинность здесь поставлена в зависимость от субъективных намерений деятеля. Попытки законодателя теории либо практики исследовать причинную связь с помощью вины изначально обречены на неуспех. Текст статьи охватывает десять пунктов с подпунктами, располагаясь на полутора страницах крайне усложненного текста. Рационально пригодными для правоприменения можно считать лишь две позиции: причина предшествует результату, и причиненный результат должен являться вероятным последствием поведения деятеля.

5. Факультативные признаки объективной стороны и их значение

Важное значение для характеристики объективной стороны имеют такие обстоятельства, как способ совершения преступления, а также место, время, обстановка, орудия и средства совершения преступления. Эти признаки присущи любому преступлению, так как оно всегда совершается определенным способом, в конкретном месте, обстановке, в определенное время, с использованием конкретных орудий и средств, с помощью определенных приемов, влияющих в различной мере на характер и степень общественной опасности совершенного преступления. Однако по своей природе они являются факультативными, т.е. необязательными элементами составов.

В некоторых же случаях законодатель указывает в диспозиции статей Особенной части УК на один или несколько из перечисленных признаков, тогда они становятся обязательными признаками состава преступления и влияют на квалификацию деяния.

Так, охота на территории заповедника, заказника либо в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычайной экологической ситуации признается незаконной и влечет ответственность в соответствии с п. "г" ч. 1 ст. 258 УК. В данном случае одним из обязательных признаков незаконной охоты является место ее совершения.

Влияние перечисленных ранее признаков на квалификацию деяния может выразиться и в признании одного или нескольких из них квалифицирующими элементами. Так, применение при разбое оружия или предметов, используемых в качестве оружия, признается квалифицированным видом разбоя (п. "г" ч. 2 ст. 162 УК) и влечет более суровое наказание.

Отсутствие в статье указания на данные признаки означает, что они на квалификацию не влияют. Однако это не значит, что они безразличны с точки зрения общественной опасности деяния. Например, совершение хулиганских действий (ст. 213 УК) во время массовых беспорядков (п. "л" ст. 63) повышает степень опасности таких действий, что обязательно учитывается судом при определении вида и размера наказания.

Наиболее часто в качестве конструктивного или квалифицирующего признака выступает способ совершения деяния. Под способом совершения того или иного преступного деяния имеется в виду применение каких-либо приемов, методов, использование средств, определенная последовательность действий и т.д.

Именно поэтому, вероятно, некоторые ученые рассматривают способ совершения преступления не в параграфе о факультативных признаках объективной стороны, а при характеристике действия, считая, что "основную характеристику преступного действия представляет способ совершения преступления", что весьма спорно. О способе совершения преступления нельзя говорить только применительно к преступлениям, совершаемым путем активных действий. Такое мнение базируется на чисто физической стороне исполнения преступного деяния без учета социального содержания преступного бездействия. Способ совершения преступлений при бездействии имеет свои особенности. С учетом того, что бездействие - негативная форма поведения лица, заключающаяся в том, что лицо не совершает действия, которые оно должно было и могло выполнить, способ совершения преступления при бездействии имеет специфическое содержание, указывая, какие конкретные действия не совершены и какие при этом использованы силы и закономерности. Так, при халатности (ст. 293 УК), которая чаще всего осуществляется путем бездействия, законодатель прямо указывает на способ совершения этого деяния - недобросовестное или небрежное отношение к службе, что в равной мере как действие, так и бездействие. То же можно сказать и о таком преступлении, как уклонение от исполнения обязанностей военной службы (ст. 339 УК). Объективная сторона этого преступления выражается в бездействии; способом же совершения этого преступления законодатель называет симуляцию болезни, членовредительство, подлог документов и иной обман.

В качестве обязательного признака состава преступления способ выступает в тех случаях, когда он непосредственно указан в законе в качестве одного из обязательных (ст. 158, 159 УК и др.) либо квалифицирующих деяние признаков (п. "д" и "е" ч. 2 ст. 105 УК) состава преступления. Например, законодатель говорит о тайном или открытом хищении чужого имущества; в этом случае способ хищения определяет квалификацию совершенного деяния как кража или грабеж. В другом случае в статье прямо говорится о побоях или иных насильственных действиях, причинивших физическую боль (ст. 116 УК); здесь действием причиняется физическая боль, а способом являются побои и иные насильственные действия.

Изложенное свидетельствует о том, что роль способа совершения преступления весьма многообразна. В ряде случаев определенный способ совершения преступления является криминообразующим признаком.

Так, доведение до самоубийства влечет уголовную ответственность по ст. 110 УК лишь при условии, если оно осуществлялось путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего. Иногда способ совершения преступления меняет характер общественно опасного деяния, что дает законодателю основание для выделения самостоятельных видов преступлений, различающихся по способу их совершения (например, кража - ст. 158 УК, грабеж - ст. 160 УК, разбой - ст. 162 УК и другие виды хищения).

В тех случаях, когда способ совершения преступления существенно влияет на степень общественной опасности деяния, законодатель выделяет его в качестве квалифицирующего деяние признака. Пункты "б" и "в" ч. 2 ст. 111 УК предусматривают суровое наказание за причинение тяжкого вреда здоровью, если оно причинялось особо жестоким или общеопасным способом.

Не будучи предусмотренным в качестве признака основного или квалифицированного состава преступления, способ совершения преступления имеет важное значение для индивидуализации наказания в пределах санкции статьи закона. Так, совершение любого преступления с особой жестокостью, садизмом, издевательством, а также мучениями для потерпевшего является обстоятельством, отягчающим наказание (п. "и" ст. 63 УК), что учитывается судом при рассмотрении конкретного дела и влияет на избрание им меры наказания.

Уголовно-процессуальный закон обязывает правоприменительные органы устанавливать способ совершения преступления при совершении любого преступления.

В доктрине уголовного права высказывается мнение о том, что действующее законодательство конструирует в ряде случаев диспозиции Особенной части в зависимости от способов совершения преступления:

1) в диспозиции указывается единственный способ совершения конкретного преступления (например, ч. 2 ст. 306 УК);

2) диспозиция содержит точный перечень возможных способов совершения преступления (например, ч. 2 ст. 141 УК);

3) диспозиция содержит примерный перечень возможных способов совершения преступления (например, ч. 2 ст. 167 УК);

4) из диспозиции статьи вытекает, что преступление может быть совершено любым способом (например, ст. 125 УК).

Средства и орудия совершения преступления занимают второе по значимости место после способа совершения преступления.

Средства и орудия совершения преступления являются немаловажными элементами составов преступлений. Они оказывают заметное влияние на характер и степень общественной опасности деяний.

Средства и орудия совершения преступления - это методы действия (бездействия), одушевленные и неодушевленные компоненты, используя которые виновный воздействует на объект уголовно-правовой охраны.

О средствах и орудиях совершения преступления законодатель говорит в Общей части УК при определении ответственности за приготовление (ч. 1 ст. 30 УК) и при определении признаков пособничества (ч. 5 ст. 33 УК). Однако в Особенной части УК используется лишь термин "средство", который по смыслу уголовно-правовых норм объемлет и содержание понятия "орудие" посягательства.

В литературе высказывалось мнение о том, что орудие является разновидностью средств совершения преступления, представляющих собой предметы материального мира, применяемые для непосредственного осуществления преступного деяния.

К средствам совершения преступления относятся например, электрошок, газ, огонь, радиация, эпидемия, эпизоотия и пр.

Орудиями совершения преступления являются прежде всего и чаще всего оружие (ч. 2 ст. 162, ч. 2 ст. 205 УК) и др. предметы, используемые в качестве оружия (ч. 2 ст. 206 УК), транспортные средства (ст. 264 УК) и пр.

Уголовно-правовое значение средств и орудий совершения преступления определяется в первую очередь тем, что они включены в диспозиции некоторых уголовно-правовых норм в качестве обязательных признаков и в этих случаях влияют на квалификацию деяния. Так, в ч. 3 ст. 327 УК предусмотрена ответственность за использование подложного документа.

Подложный документ в таких случаях является средством совершения преступления.

Наличие специфических средств и орудий образует в ряде случаев квалифицированный состав преступления. Как квалифицирующие признаки состава преступления средства и орудия предусмотрены, например, в ч. 2 ст. 162 УК (разбой), ч. 2 ст. 205 УК (терроризм), ч. 2 ст. 206 УК (захват заложника), ч. 2 и 3 ст. 213 УК (хулиганство) и др.

Орудия и средства преступления выступают в качестве факультативных признаков объективной стороны, влияющих на степень общественной опасности и обязательно учитываемых судом при определении наказания. Так, воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и вероисповедания (ст. 148 УК) может осуществляться с применением тех или иных средств либо орудий. Однако их использование в этих случаях не является ни обязательным, ни квалифицирующим признаком, но должно быть оценено судом при индивидуализации наказания.

Зачастую выбор способа жестко детерминируется средствами и орудиями совершения преступления. По материалам изучения уголовных дел особенности средств и орудий повлияли на выбор способа совершения преступления в 43% случаев. Так, нападение при бандитизме (ст. 209 УК) является способом совершения преступления, что обусловлено характером орудий, которые при этом применяются (огнестрельное или холодное оружие).

Орудия и средства совершения преступления необходимо отличать от предмета посягательства. По своему функциональному назначению одна и та же вещь может быть предметом или орудием совершения преступления. Так, оружие, являясь предметом преступления при контрабанде (ст. 188 УК) или хищении оружия (ст. 226 УК), выполняет роль орудия при убийстве, разбое, бандитизме. Если вещь используется в качестве инструмента воздействия на объект, то она является орудием или средством совершения преступления. Но если же вещь играет "пассивную" роль и общественно опасное деяние осуществляется лишь в связи или по поводу этой вещи, то она должна быть признана предметом преступления.

В юридической литературе очень часто область применения средств и орудий совершения преступления ограничивают умышленными преступлениями, а в неосторожных деяниях усматривают не орудия и средства совершения преступления, а орудия и средства общественно опасного поведения, приведшего к преступным последствиям. Представляется, что применение орудий и средств не следует ограничивать умышленными преступлениями. Уголовная ответственность предусмотрена и за неосторожное применение орудий и средств, что обусловлено небезупречным поведением субъекта неосторожного преступления, который объективно мог осуществить их применение таким образом, чтобы не допустить наступления вредных последствий, однако такой возможности не реализовал.

Средства и орудия выполняют различную роль в механизме умышленного и неосторожного преступления. Если при совершении умышленного посягательства они сознательно направлены на причинение вреда общественным отношениям, то в механизме неосторожного преступления средства и орудия причиняют ущерб в соответствии с содержанием легкомыслия или небрежности. Например, нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики может привести к самопроизвольному излучению и радиоактивному заражению окружающей среды (ст. 215 УК).

Место совершения преступления - это описанная в законе конкретная территория (сухопутная, водная или воздушная), на которой совершается преступление. Место совершения преступления может влиять на квалификацию деяния, если оно включено законодателем в уголовно-правовую норму в качестве обязательного признака конкретного состава преступления. Например, нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах или во взрывоопасных цехах (ст. 217 УК). О местах захоронения говорится в ст. 244 УК (надругательство над телами умерших), местах или миграционных путях к ним - в ст. 256 УК (незаконная добыча водных животных и растений) и т.п.

В некоторых случаях особенности места совершения преступления, влияющие на степень опасности деяния, признаются законодателем квалифицирующими признаками. Так, одним из квалифицирующих признаков загрязнения вод законодатель называет совершение этого преступления на территории заповедника или заказника, либо в зоне экологического бедствия, или в зоне чрезвычайной экологической ситуации (ч. 2 ст. 250 УК).

В остальных случаях место совершения преступления является факультативным признаком, влияющим на степень опасности деяния, что учитывается судом при выборе вида и размера наказания.

При квалификации хищений либо вымогательства наркотических средств или психотропных веществ (ст. 229 УК) место совершения преступления безразлично. Однако хищение этих веществ или средств, например, из больницы, повышает степень опасности данного преступления, что и должен будет учесть суд при индивидуализации наказания.

Время совершения преступления как определенный временной промежуток довольно редко упоминается в действующем УК как обязательный признак объективной стороны. Так, в ст. 106 УК предусмотрена ответственность за убийство матерью новорожденного ребенка во время родов или сразу же после родов. В ст. 331 УК, определяющей понятие преступления против военной службы, говорится об этих преступлениях, совершенных в военное время (ч. 3). Ответственность за насильственные действия в отношении начальника наступает при совершении таких действий во время исполнения им обязанностей военной службы (ст. 334 УК).

В некоторых случаях время выступает в качестве квалифицирующего признака. Так, наказание за самовольное оставление части или места службы более строгое в зависимости от срока отсутствия (ч. 3 и 4 ст. 337 УК).

Как факультативный признак объективной стороны преступления время совершения общественно опасного деяния может оказывать влияние на степень опасности посягательства, и тогда оно учитывается при индивидуализации наказания.

Так, для квалификации кражи безразлично, в какое время она совершена. Однако совершение хулиганских действий во время проведения массовых мероприятий повышает степень опасности хулиганских проявлений и должно быть учтено при индивидуализации наказания.

Еще одним факультативным признаком объективной стороны является обстановка совершения преступления, под которой понимается совокупность взаимодействующих обстоятельств, при наличии которых совершается преступление. В УК РСФСР 1960 г. обстановка упоминалась в ряде статей, главным образом, в главе о воинских преступлениях. Так, предусматривалось более суровое наказание, если воинское преступление совершалось в боевой обстановке. УК РФ 1996 г., исключив из конкретных статей упоминание о боевой обстановке, сохранил этот термин лишь в одной статье (ст. 331 УК), определяющей понятие и общие условия ответственности за преступления против военной службы. В ч. 3 этой статьи говорится, что ответственность за указанные преступления в военное время или в боевой обстановке определяется законодательством РФ военного времени.

В учебниках по уголовному праву имеются ссылки на конкретные статьи при характеристике рассматриваемого факультативного признака. Это ст. 356 (применение запрещенных средств и методов ведения войны) и ст. 359 (наемничество), а также ст. 254 (порча земли) и ст. 256 (незаконная добыча водных животных и растений). Однако в первых двух случаях правильнее говорить о совокупности обстановки и времени совершения преступления. Во втором случае законодатель называет заповедники, заказники, зоны экологического бедствия и зоны чрезвычайной экологической ситуации. Эти признаки скорее всего характеризуют место совершения преступления.

В других случаях при характеристике обстановки называют в качестве примера преступления против личности в состоянии аффекта (ст. 107, 108, 113, 114 УК). Однако в этих случаях законодатель имеет в виду не столько обстановку, сколько условия уголовной ответственности. Об условиях говорится и в ст. 19 УК (общие условия уголовной ответственности), ст. 89 УК (условия жизни и воспитания несовершеннолетнего), ст. 176 УК (условия кредитования).

В Толковом словаре В.Даля обстановка определяется как "окружающие кого или что люди, предметы, случайности:". Условие же определяется как "зависимость чего-либо от если или будет"

В некоторых случаях законодатель употребляет термин "условия" как синоним обстановки. Так, в п. "л" ст. 63 УК отягчающим наказание обстоятельством признается совершение преступления в условиях чрезвычайного положения, стихийного или иного общественного бедствия, а равно при массовых беспорядках.

О признании законодателем обстановки как одного из обязательных признаков состава преступления свидетельствует указание в некоторых статьях на публичный характер действий. Например, публичное оскорбление представителя власти (ст. 319 УК), публичные призывы к развязыванию агрессивной войны (ст. 354 УК) и др. Публичность в этих случаях означает присутствие при совершении указанных преступлений других лиц, не являющихся соучастниками. В этих случаях обстановка совершения преступления является влияющим на квалификацию обязательным признаком объективной стороны.

В остальных случаях обстановка и условия совершения преступления выступают в качестве факультативных признаков и учитываются при индивидуализации наказания.

Рассмотренные обстоятельства известны и зарубежному уголовному законодательству. Как и в УК РФ, эти обстоятельства учитываются законодателями в Особенной части уголовных кодексов и, следовательно, являются признаками составов соответствующих преступлений. Так, насильственный способ посягательства на личность усиливает ответственность в подавляющем большинстве УК зарубежных стран. Так же учитываются и иные обстоятельства. Напримв соответствующих преступлений. Так, насильственный способ посягательства на личность усиливает ответственность в подавляющем большинстве УК зарубежных стран. Так же учитываются и иные обстоятельства. Например, в УК Польши предусмотрена ответственность за преступления, совершенные "во время боевых действий:" (ст. 126), "на оккупированной, занятой территории" (ст. 125) и пр.

В статьях Общей части УК зарубежных стран эти обстоятельства упоминаются крайне редко. Так, в УК Голландии дается определение отмычки как орудия совершения преступления (ст. 90), о конфискации предметов, которые непосредственно связаны с преступлением, говорится в _ 1 ст. 44 УК Польши и т.д.