§ 5. Действие уголовно-процессуального закона

Действие уголовно-процессуального закона, как и любого другого нормативного акта, принято рассматривать во времени, в про­странстве и по кругу лиц.

Уголовно-процессуальный закон, как и другие законы Российской Фе­дерации, в соответствии с действующим порядком вступает в силу на тер-

Глава III Источники уголовно-процессуального права

47

ритории Российской Федерации одновременно по истечении десяти дней после опубликования в официальных средствах информации (например, в «Российской газете»)'. Течение срока начинается со дня, следующего за днем опубликования. Однако это общее правило не действует, если при принятии закона указывается другой срок. Например, Федеральным зако­ном № 177-ФЗ от 22 ноября 2001 г. (18 декабря 2001 г.) указано о введении в действие УПК РФ с 1 июля 2002 г. за исключением положений, для кото­рых установлены иные сроки и порядок введения в действие2.

Действие уголовно-процессуального закона во времени существенно от­личается от действия уголовного закона. Преступность и наказуемость дея­ния в Российской Федерации определяется уголовным законом, действую­щим во время совершения этого деяния. Закон, устраняющий наказуемость деяния или смягчающий наказание, имеет обратную силу, т. е. распростра­няется также на деяния, совершенные до его издания. Закон, устанавли­вающий наказуемость деяния или устанавливающий наказание, обратной силы не имеет. Уголовно-процессуальный закон, в отличие от уголовного, не имеет обратной силы. Действует тот закон, который имеет юридическую силу на момент принятия процессуальных решений или проведения про­цессуальных действий. Он не распространяется на отношения, возникшие до обретения им законной силы или после утраты таковой.

Уголовно-процессуальный закон в целом утрачивает силу обычно с при­нятием нового закона, а в части- ввиду изменения, дополнения или ис­ключения отдельных норм.

Действие уголовно-процессуального закона в пространстве означает, что производство по уголовным делам на территории России во всех слу­чаях ведется в соответствии с российским УПК независимо от места со­вершения преступления (ч. 1 ст. 2 УПК), если международным договором Российской Федерации не установлено иное. При совершении преступле­ния членом экипажа российского корабля в море или самолета в воздухе судопроизводство также осуществляется в соответствии с российским уголовно-процессуальным законом, если указанное судно приписано к порту Российской Федерации (ч. 2 ст. 2 УПК). Исполнение поручения судов или органов расследования иностранных государств осуществляет­ся в соответствии с уголовно-процессуальным законом России. Если ме­ждународным договором Российской Федерации установлены иные пра­вила, чем предусмотрено законом, применяются правила международного договора.

Официальным опубликованием закона считается первая публикация его полного текста в Парламентской газете, Российской газете или Собрании законодательства Российской Феде-Рации (см Федеральный закон от 23 апреля 1999 г (22 октября 1999 г) № 185-ФЗ // СЗ РФ 1999 №43 Ст 5124) " Российская газета 2001 22 дек

48

Раздел I. Общие положения

Глава III. Источники уголовно-процессуального права

49

Судопроизводство по уголовным делам о преступлениях, совершен­ных на территории Российской Федерации, осуществляется в соответст­вии с российским уголовно-процессуальным законом не только в отно­шении граждан своей страны, но также в отношении иностранцев и лиц без гражданства. Из общего правила, однако, имеются исключения, ко­торые распространяются на лиц, обладающих правом дипломатической неприкосновенности. К их числу относятся главы дипломатических пред­ставительств, члены дипломатического персонала (советники, атташе и др.), а также лица, которые согласно законодательству России и об­щепризнанным нормам международного права пользуются привилегией личной неприкосновенности. Неприкосновенность распространяется и на помещения, занимаемые указанными лицами. В их числе: помещения дипломатических представительств; резиденция главы дипломатическо­го представительства; жилые помещения дипломатического персонала и др.1 Законом установлено, в частности, что процессуальные действия, предусмотренные УПК РФ, в отношении указанных лиц могут произво­диться лишь по просьбе или с согласия дипломатического представите­ля (ч. 2 ст. 3 УПК).

Рассматривая вопрос о пределах действия уголовно-процессуального закона, нельзя не уделить внимания проблеме применения аналогии в уголовно-процессуальном праве. В действующем УПК институт ана­логии не нашел отражения. Однако следует учитывать, что уголовно-процессуальный закон (в отличие от уголовного закона) не устанавлива­ет, какие деяния признаются преступлениями, а регулирует правоотно­шения субъектов в ходе производства по делу. Поэтому аналогия в уго­ловном процессе не расширяет рамки возможных репрессий, а играет позитивную роль, придавая динамизм уголовно-процессуальным отно­шениям в установлении уголовно-правовых отношений и юридических фактов, вызвавших их возникновение. Смысл же аналогии закона при регулировании уголовно-процессуальных отношений состоит в том, что суд или следователь применяют такие нормы УПК, которые не разре­шают конкретного вопроса, но регулируют уголовно-процессуальные отношения в сходных ситуациях.

Возможность применения аналогии в сфере регулирования уголовно-процессуальных отношениях признал Конституционный Суд РФ. В одних случаях он на это прямо указывает в своих постановлениях2; в других - пря-

мо не указывает, но имеет аналогию в виду1. Подтвердил возможность приме­нения аналогии в уголовном процессе и Пленум Верховного Суда РФ2.

Заметим, однако, что аналогия закона в уголовном судопроизводстве мо­жет быть применена в определенных границах при соблюдении ряда усло­вий. К ним можно отнести: а) наличие действительного пробела в системе норм, регулирующих уголовно-процессуальные отношения; б) ориентация на сходный случай, урегулированный законом; в) соблюдение конституци­онных принципов уголовного процесса; г) обеспечение процессуальных прав граждан, участвующих в уголовном судопроизводстве; д) совершение дейст­вий и принятие решений лишь в рамках, допустимых нормами УПК.

Представляется, однако, целесообразным прямо указать в УПК на воз­можность применения аналогии закона и, может быть, аналогии права при регулировании уголовно-процессуальных отношений, как это сдела­но в ГПК РСФСР. В частности, ч. 5 ст. 1 ГПК установлено: «В случае от­сутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, воз­никающие в ходе производства по гражданскому делу, суд применяет норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона), а при от­сутствии такой нормы действует, исходя из принципов осуществления правосудия в Российской Федерации (аналогия права)». Подобный под­ход допустим и применительно к регулированию уголовно-процессуаль­ных отношений.

' Подробнее см. комментарий к ст. 3 УПК РФ (Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (по состоянию на 20 августа 2002 г.) / Под ред. В. М. Лебедева, В. П. Божьева. М: Спарк, 2002).

2 См.: постановления Конституционного Суда РФ: 4-П от 2 февраля 1996 г. (СЗ РФ. 1996. № 7. Ст. 701; № 19-П от 28 ноября 1996 г. (СЗ РФ. 1996. № 50. Ст. 5679); № 20-П от 2 июля 1998 г. (СЗ РФ. 1998. № 28. Ст. 3393).

См.: постановления Конституционного Суда РФ № 13-П от 13 ноября 1995 г. (СЗ РФ. 1995, №47. Ст. 4551); № 13-П от 29 апреля 1998г. (СЗ РФ. 1998г., №19. Ст. 2142); № 5-П от 23 марта 1998 г, (СЗ РФ. 1999. № 14. Ст. 1749).

' См.: постановление Пленума Верховного Суда РФ № 84 от 8 декабря 1999 г. (ВВС РФ. 2000. №2).

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 240      Главы: <   16.  17.  18.  19.  20.  21.  22.  23.  24.  25.  26. >