1.3.8. Уголовно-процессуальное право и нормы морали

В уголовном процессе, как и в других сферах общественной жизни, регулятором поведения людей, средством организации взаимоотношений между ними служат не только правовые нормы, но и нормы морали (нравственности). Мораль как форма общест­венного сознания действует, существует в виде суждений, пред­ставлений людей о добре, зле, справедливости, чести, долге, гражданственности. Соответствующие моральные нормы в созна­нии людей служат регулятором их поведения.

Это положение важно для характеристики взаимоотношения права и морали в регулировании уголовно-процессуальных дейст­вий и отношений.

Взаимодействие права и морали в сознании дознавателя, сле­дователя, прокурора, судьи влияет на тактику его поведения, манеру общения с обвиняемым, свидетелем, потерпевшим и даже на выбор правового решения, когда в рамках правовой нормы это жестко не определено и выбор зависит от конкретных обстоя­тельств дела, личности обвиняемого и т.п.*

___________________

* См.: Кони А.Ф. Собр соч. Т 4 Нравственные начала в уголовном процессе // М.: Юрид. лит., 1967. С. 33, Проблемы судебной этики / Под ред М.С. Строговича. М.: Наука, 1974; Кокорев А. Д., Котов Д. П. Этика уголовного процесса. Воронеж: ВГУ, 1993.

 

 

Многие процессуально-правовые предписания возникли на ос­нове соответствующих моральных представлений и правил. На­пример, представление о том, что запрещается выполнение дейст­вий или принятие решений, которые унижают достоинство граж­данина, приводят к распространению сведений об обстоятельствах его личной жизни, ставят под угрозу его здоровье, необоснованно причиняют ему физические или нравственные страдания, получи­ло закрепление в законе, где сказано: «Запрещается домогаться показаний обвиняемого и других участвующих в деле лиц путем насилия, угроз и иных незаконных мер» (ч. 3 ст. 20 УПК).

Нравственные нормы включены в регламентацию правил до­проса, личного обыска, освидетельствования, следственного экс­перимента (например, следственный эксперимент возможен лишь при условии, если его проведение не связано с унижением достоинства и чести участвующих в нем лиц и окружающих и не создает опасности для их здоровья (ст. 183 УПК). Нравственным требо­ванием продиктованы обязанность принять меры попечения о детях и охраны имущества заключенного под стражу (ст. 98, 150, 172, 181 УПК), норма, охраняющая профессиональную тайну защитника (ч. 2 ст. 72 УПК), освобождающая супруга и близких родственников от обязанности давать свидетельские показания (ст. 51 Конституции РФ).

Нравственные принципы могут выступать и критериями допус­тимости доказательства. Убедительно об этом писал А.Ф. Кони:

«Особенно, обширным является влияние нравственных соображе­ний в таком важном и сложном деле, как оценка доказательств по их источнику, содержанию и психологическим свойствам, как выяснение себе, позволительно ли, независимо от формального разрешения закона, с нравственной точки зрения пользоваться тем или другим доказательством вообще или взятым в его конкретном виде? Следует ли вообще и если следует, то можно ли безгранично пользоваться дневником подсудимого, потерпевшего как доказа­тельством?» В результате рассуждений А.Ф. Кони приходит к выводу, что «дневник очень опасное, в смысле постижения прав­ды, доказательство. В дневнике следует пользоваться лишь фак­тическими указаниями, отбросив всю личную сторону».* Нравст­венные основы недопустимости доказательства разъяснены, в частности, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 9 «О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных».** Суд может устранить допустимое с точки зрения соблюдения закона доказательство, если оно не несет для присяжных заседателей новой информации по сравне­нию с той, которую они получили из других источников, но в то же время может оказать сильное психологическое, эмоциональное воздействие на формирование их внутреннего убеждения (п. 15). Например, по делу С. и Ч., рассматривавшемуся Московским областным судом, постановлением судьи были исключены как доказательства фототаблицы с изображением обезображенного трупа. С этими фототаблицами не знакомили присяжных заседа­телей, исходя из того, что обстоятельства дела были достаточно выяснены в ходе судебного следствия, а фотографии не содержали новой информации, но в то же время могли определенным образом воздействовать на ответы присяжных самим ужасающим видом трупа и следов насилия. С данным решением согласилась Касса­ционная палата Верховного Суда РФ.

____________________

* Кони А.Ф. Нравственные начала в уголовном процессе (Общие черты судебной этики)//Собр соч. в 8 т М.: Юрид лит., 1966-1969. Т 4 С. 52-58.

 

**' БВС РФ. 1994, № 5. С. 10.

Нормы морали должны оказывать регулятивное воздействие на поведение субъектов уголовного процесса. Так, нравственный долг должен побудить судью, присяжного заседателя заявить самоот­вод, если он знает, что имеются обстоятельства, которые могут повлиять на его объективность (ст. 61, 438 УПК).

Мораль в области уголовного судопроизводства выполняет роль дополнительной гарантии четкого, точного и неуклонного выпол­нения правовых норм. В этом проявляется ее гарантирующая роль, или, иначе, функция моральной гарантии, дополняющей гарантии правовые.* Соединение требований права и морали должно препят­ствовать проявлению предвзятости, тенденциозного подхода при проведении дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства, волокиты, черствости, безразличия к судьбе людей, формальному отношению к их обращениям, жалобам.

__________________

* См.: Бойков А. Д. Уголовное судопроизводство и судебная этика" Курс советского уголовного процесса. М., 1989; Кобликов Д.С. Нравственные начала деятельности председательствующего в судебном заседании //Советская юстиция 1987. Х° 6, 1988. X» 10; Москалькова Т.Н. Этика уголовно-процессуального доказывания. М.: Спарк, 1996.

 

 

Самый нравственный закон не может достигнуть своей цели, если он реализуется безнравственными методами. Известный рос­сийский юрист А.Ф. Кони писал: «В каждом судебном действии наряду с вопросом «что» следует произвести возникает вопрос о том, «как» это произвести». Нужно настойчиво желать, подчерки­вал А.Ф. Кони, чтобы «в выполнение форм и обрядов, которым сопровождается правосудие, вносился вкус, чувство меры и такт, ибо суд есть не только судилище, но и школа. Здесь этические требования сливаются с эстетическими...».*

____________________

* Кони А. ф. Нравственные начала в уголовном процессе. Собр. соч. в 8 т. ч. С 50-68

 

 

Нравственные требования, предъявляемые к поведению судьи, выражены в Законе «О статусе судей в РФ», где сказано, что «судья при исполнении своих полномочий, а также во вне служеб­ных отношений должен избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомне­ния в его объективности, справедливости и беспристрастности»

(ст. 3).

В 1993 г. в России впервые были приняты Кодекс чести судьи Российской Федерации (утвержден постановлением Совета судей Российской Федерации 21 октября 1993 г.) и Кодекс чести рядо­вого и начальствующего состава органов внутренних дел Россий­ской Федерации (утвержден приказом МВД России от 19 ноября 1993 г. № 50), которые ориентируют судей и работников органов внутренних дел, в том числе осуществляющих деятельность по расследованию преступлений, на соблюдение определенных пра­вил поведения в профессиональной и внеслужебной деятельности.

Нравственные требования, которым должна соответствовать деятельность присяжных заседателей, выражены в их клятве, где сказано о «честном» и «беспристрастном» исполнении обязаннос­тей, о разрешении дела «по своему внутреннему убеждению и совести, как подобает свободному гражданину и справедливому человеку» (ст. 443 УПК).

Таким образом, нравственные основы уголовного процесса содержатся не только в процессуальных нормах, предписывающих определенный порядок деятельности, но в профессиональных моральных кодексах, в присяге, клятве и т.п. Ярким примером такого свода морально-нравственных норм является Кодекс пове­дения должностных лиц по поддержанию правопорядка от 17 де­кабря 1979 г., принятый 34-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН, в котором объединены нормы, обязывающие работников правоохранительных органов, и в первую очередь осуществляю­щих расследование по уголовному делу, уважать и защищать человеческое достоинство, поддерживать и защищать права чело­века (ст. 2), применять силу только в случаях крайней необходи­мости и в той мере, в какой это требуется для выполнения их обязанностей (ст. 3), сохранять в тайне сведения конфиденциального характера, получаемые в процессе осуществления своей деятельности, если исполнение их обязанностей или требования - правосудия не требуют иного (ст. 4), нетерпимо относиться к любому действию, представляющему собой пытку или другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обра­щения (ст. 5), обеспечивать охрану здоровья задержанных ими лиц (ст. 6).*

__________________

* Международная защита прав и свобод человека: Сборник документов. С. 319-325.

 

 

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 114      Главы: <   22.  23.  24.  25.  26.  27.  28.  29.  30.  31.  32. >