Глава XVII Межнациональная система

 

 

(ИТТ) постоянно работает двадцать четыре часа в сутки-в 67 странах на шести

конти­нентах... и буквально от дна моря до луны...

Годовой отчет компании ИТТ зa 1968 г.

Планирующая система приспосабливает государство к своим нуждам. То, что служит

ее защитным и положительным целям, становится здравой государст­венной

политикой. Но планирующая система в то же время преступает границы национального

государства, чтобы создать международное планирующее сообщество. Это является

логичным и во многих отношениях неизбежным развитием деятельности планирующей

системы в том виде, как она проявляется в пределах националь­ных границ. В то

время как внутригосударственное пла­нирование устраняет неопределенность,

свойственную оте­чественной рыночной экономике, международная система

сталкивается с той же самой неопределенностью, связан­ной в основном с

международной торговлей. Эта система исключительно быстрым образом развилась

после второй мировой войны. Понята она может быть лишь как обобщение описанных

здесь тенденций.

Планирующая система содержит внушительную про­слойку проповедников, которые за

скромное вознаграж­дение приглашаются на собрания промышленников для воздействия

на потребителей и вкладчиков, участия в конференциях по вопросам торговли,

семинарах админи­страторов и других церемоний в корпорациях, где в сво­их

выступлениях они соединяют слегка экстравагантную риторику с внешним налетом

глубокомыслия. В последнее время излюбленной темой всех таких «деятелей

искусст­ва» стал внутренний смысл существования многонацио­нальной корпорации.

Они рисуют многонациональную корпорацию - ИБМ, «Дженерал моторc», «Нестле» - как

главного нарушителя общего процесса экономического развития, как нечто

су­щественно изменившееся и, в зависимости от предпочте­ний оратора и

потребностей аудитории, обладающее за­хватывающей дух способностью вершить добро

или зна­чительно чаще зло. Стоя по обе стороны международных границ,

многонациональная корпорация представляет со­бой угрозу политической

независимости. Возможно, она делает национальное государство устаревшим. А

посколь­ку большинство таких корпораций являются по своему происхождению

американскими, она представляет собой своеобразное проявление американской

энергий, предпри­имчивости и силы. По терминологии более квалифициро­ванных

ораторов она представляет собой современное лицо американского

капиталистического империализма. Поскольку эти рассуждения малообоснованны, то

не уди­вительно, что в значительной мере данное определение ошибочно.

Действительность не столь драматична, но, возможно, не менее значительна.

Международная торговля старого типа, как ее до сих пор со всеми сложностями и

мудрствованиями описывает неоклассическая теория, - это система обмена, в

которой рынок остается особенно могущественным. Фирма, вовле­ченная в данную

торговлю, полностью подчинена объек­тивно установившимся спросу и цене.

Поскольку контро­ля фирмы над рынком не существует, неопределен­ность и риск в

международной торговле чрезвычайно высоки.

Как правило, фирма в одной стране поставляет свою продукцию, обычно через

посредников, для продажи в другой стране. Продукция, покидая страну, где ее

изго­товили, полностью освобождается от дальнейшего влияния своего создателя.

Последний утрачивает какую бы то ни было власть над той ценой, по которой эта

продукция продается; он, как полагают, не может влиять на пред­почтения

зарубежного потребителя. На цену изделия вли­яет конкуренция и неконтролируемое

воздействие внут­реннего производства в той стране, где оно продается, и

конкурирующий импорт из других стран. Тарифные изме­нения в стране-импортере и

колебания валютных курсов порождают дополнительную неопределенность-и то и

другое свойственно внешней торговле. Если фирма поку­пает, а не продает,

например закупает важное сырье, классическая теория международной торговли

рисует кар­тину точно такой же неопределенности. Изменяющиеся издержки

производства предлагаемых товаров, изменения в конкурирующем спросе со стороны

других стран, изме­нения в валютных курсах и (иногда) изменения в экс­портных

пошлинах представляют собой дополнительные опасности. Таким образом, покупая,

фирма также всецело находится во власти рынка.

Как мы видели, техноструктура стремится, поскольку это важнейшая составляющая ее

защитных целей, поста­вить свои цены и свои основные издержки под контроль и

обеспечить спрос и предложение по этим ценам и при таких издержках. Вдобавок у

нее есть ряд жизненно важных потребностей, которые должно удовлетворять

го­сударство. Все это в совокупности составляет ее планиро­вание.

В условиях традиционной системы международной торговли, которая прославляется

неоклассической теори­ей, все планирование должно было бы остановиться, так и не

переступив границ. Фирмы могут иметь необходи­мую власть внутри страны. Соберись

они вести дела за границей, они снова столкнулись бы со всей неопреде­ленностью,

связанной с рыночной системой. Но к этому добавились бы и дополнительная

неопределенность, свой­ственная исключительно международной торговле.

Однако и это еще не все. В дополнение к неопреде­ленности, связанной с закупками

и продажами за рубе­жом, импорт из других стран мог бы нанести ущерб контролю

или уничтожить его, а также и связанное с ним планирование в данной стране. Этот

контроль, относится ли он к автомобилям, электронной аппаратуре,

фармацевтическим товарам или к чему угодно, состоит в установлении цен в

соответствии с защитными и положитель­ными потребностями всех участников и

последующего отказа от ценовой конкуренции, которая повредила бы всем. В

соответствии с традиционной теорией импортные това­ры - автомобили из ФРГ или

Японии, электротовары из Японии или Голландии, лекарства из ФРГ - продавались бы

по ценам, обезличенно определенным рынкам. Пред­ложение диктовалось бы прибылью

в стране-поставщике. Отечественные производители вынуждены были бы снизить цены

настолько, насколько это было бы необходи­мо, чтобы выдержать конкуренцию.

Иногда цены на ука­занные импортируемые товары (поскольку они неконтро­лируемы)

снижались бы еще ниже с целью избавиться от достаточно больших запасов. Тем

самым равновесие цен, характеризующее внутреннюю олигополию, стало бы полностью

невозможным. Для сохранения контроля фир­мам пришлось бы обратиться к применению

тарифов и квот, чтобы оградить себя от международной конкурен­ции. Это привело

бы к аналогичным мерам со стороны других стран. Производство оказалось бы

привязано к на­циональным рынкам. Там, где указанные ответные дей­ствия

ограничили бы отечественные фирмы сравнительно небольшим внутренним рынком, как

это произошло бы в Бельгии, Голландии или даже Англии и Франции, рост - основная

положительная цель фирмы - был бы ограничен очень жесткими рамками.

Теперь очевидна функция многонациональной корпо­рации. Она позволяет

техноструктуре просто-напросто приспособиться к специфическим неопределенностям

меж­дународной торговли.

Она преодолевает границы рынка в международном масштабе таким же образом, как

это происходит в наци­ональном масштабе. Она распространяет на мир

много­численных национальных государств то, что она сначала осуществляет в

рамках любого из них. Она уменьшает до предела необходимость в тарифах, квотах и

эмбарго, направленных на то, чтобы снизить неопределенность национальных рынков.

И вряд ли стоит говорить о том, что многонациональная корпорация не является

исключитель­но американской. Она представляет собой обычное при­способление

любых форм несоциалистического планиро­вания вне зависимости от страны

происхождения к спе­цифическим проблемам международной торговли.

Воспроизводя себя в других странах, техноструктура, в сущности, движется в эти

страны вслед за своей про­дукцией. Действуя таким образом, она достигает того же

самого взаимопонимания в области цен с другими участ­никами рынка в чужой

стране, каким она обладает и у себя дома. Аналогичное проникновение иностранных

фирм на территорию ее страны устраняет опасность кон­курентного сбивания цен и

позволяет осуществлять и здесь тот же самый контроль. «Дженерал моторс»,

дей­ствуя через компанию «Опель» в ФРГ, становится чле­ном общего

олигополистического соглашения, которое исключает ценовую конкуренцию в ФРГ.

Компании «Фольксваген» и «Мерседес-Бенц» при осуществлении продаж в Соединенных

Штатах точно также подчиня­ются соглашению, которое ставит разрушительную

ценовую конкуренцию в Соединенных Штатах вне закона.

Аналогично, проникая вслед за своей продукцией в ФРГ, «Дженерал моторс» может

посредством убеждения воздействовать на немецкого потребителя. Может она и

навязывать свои потребности западногерманскому прави­тельству. Это, как мы уже

не раз убеждались, необходимо. Компания «Фольксваген», проникая вслед за своей

про­дукцией в Соединенные Штаты, получает возможность влиять на реакцию

американских потребителей. Она мо­жет добиться защиты и удовлетворения своих

нужд в Вашингтоне. Все это было бы невозможно, если бы изделия продавались через

посредников в точном со­ответствии с канонами классической международной

торговли.

Наконец, интернационализация деятельности предохраняет фирму от получения

другими странами связанных для нее с убытками преимуществ в области издержек.

Данное обстоятельство имеет большое, постоянно возра­стающее, значение особенно

для Соединенных Штатов. В пределах Соединенных Штатов нет большой опасности, что

кто-либо из производителей автомобилей, телевизоров, транзисторов, магнитофонов,

пишущих машинок или других подобных изделий получит преимущество в за­тратах

перед своими конкурентами в той же отрасли. Профсоюзы, как правило, охватывают

всю отрасль в целом; производительность рабочих и доступ к капиталу, технике,

квалифицированной рабочей силе и материалам если и не одинаковы для всех фирм,

то имеющиеся разли­чия де носят постоянного и непреодолимого характера. Однако,

если говорить о различиях между странами, то этого предполагать нельзя. По

сравнению с Соединенными Штатами издержки на рабочую силу в Японии или ФРГ могут

быть в течение долгого времени ниже, производи­тельность труда - постоянно выше,

капитальные затра­ты - ниже, могут существовать и постоянные различия в

издержках других необходимых для производства со­ставляющих. В результате

издержки производства запад­ногерманских или японских продуктов могут все время

быть значительно ниже, чем у соответствующих им амери­канских изделий.

Если вышеупомянутые отличия существуют и если в пределах международной

планирующей системы снижа­ется роль тарифов, тогда опасность для чисто

националь­ной корпорации очевидна. Олигополистическое соглаше­ние, по которому

устанавливаются цены, хорошо служит всем фирмам, у которых функции издержек

одинаковы. Но иностранная фирма, чьи издержки в течение длитель­ного периода

существенно меньше, могла бы с успехом добиться значительно более низких цен,

нежели те, кото­рые выгодны с точки зрения отечественной корпорации.

Упоминавшуюся выше опасность также усиливают и про­исходящие все чаще и чаще

колебания валютных курсов. Таким образом, создается опасность как для защитных,

так и положительных целей корпорации.

С развитием транснациональных операций такая опа­сность исчезает. Международная

корпорация может про­изводить или организовать производство там, где издерж­ки

наименьшие. В последние годы данной возможностью пользовались весьма широко и

все в возрастающей мере. Особенно это относится к корпорациям, возникшим на

американской основе. Все основные американские произ­водители автомобилей

собирают их в ФРГ, Англии, Кана­де или Японии. Производство узлов и деталей для

выпу­скаемых в Соединенных Штатах моделей обычно пору­чается тому заводу за

границей, где самые низкие затраты. Кроме того, очень широкий ассортимент других

изделий, особенно электронное и прочее техническое обо­рудование, производится

по американским спецификациям под американской маркой в Японии, на Тайване и в

Гон­конге. Таким образом опасность со стороны иностранного производства с более

низкими затратами эффективно устраняется путем превращения в такого иностранного

производителя с наименьшими издержками или его использования.

Таким образом, планирующая система перешагивает через национальные границы и

становится транснацио­нальной. «Многонациональные корпорации представляют собой

замену рынка как метода организации международного обмена. [Они являются]...

«островами сознательной силы в океане стихийного сотрудничества» [S. Нуmег, The

Efficiency (Contradictions) of Multinational Corporations, The American Economic

Review, Papers and Procee­dings, vol. 60, № 2, 1970, May, p. 441. Второе

определение заимство­вано из значительно более раннего исследования Д. X.

Робертсона, опубликованного в 30-е годы. Мы могли бы заметить, что с тех пор

острова превратились в материки. ].

То, что многонациональные корпорации стремительно росли последние двадцать пять

лет, не удивительно. Когда нами постигнута природа планирующей системы, мы

ви­дим, насколько естественно соответствуют они ее целям в международных

операциях.

Многонациональная корпорация не только оказывает­ся способной удовлетворить

возникшие потребности, но и делает это способом в высшей степени благоприятным

для наиболее развитой техноструктуры. Международную торговлю в ее классическом

виде может вести любая фир­ма, крупная или мелкая; нужно лишь найти покупателя

или практически посредника, который берет это на себя. Для наднациональных

операций требуется организация: чем крупнее фирма, тем такие операции все более

и более для нее доступны. Крупная фирма имеет или может полу­чить финансовые

средства для того, чтобы начать опера­ции или приобрести фирмы в других странах.

К тому же она имеет или может привлечь управляющих, ученых, инженеров и других

специалистов для воссоздания своего подразделения за рубежом. Чем крупнее фирма,

тем значитель­ное преимущество. У ИБМ есть финансовые, людские и технические

ресурсы, чтобы воссоздать ее в других странах. Ни одна иностранная фирма не

обладает средствами, чтобы, конкурируя с ИБМ в ее областях, совершить нечто

подобное в Соединенных Штатах. Внутригосударственное развитие, как мы видели,

благоприятствует высокоразвитой техноструктуре. Рост в международных масштабах

благоприятствует ей еще сильнее.

Именно этим объясняется преобладание американских корпораций в межнациональных

операциях. Происходит это не потому, что они американские. Там, где иностран­ные

фирмы создали крупные и мощные техноструктуры, как, например, «Филлипс», «Шелл»,

«Юнилевер», «Нестле», «Фольксваген», - они используют межнациональные операции

столь же энергично, как и любая американская фирма [Японцы несколько неохотно

воспринимают логику наднациональной корпорации. Это, если встать на их место, не

так уж глупо. Как самая молодая и стремительно растущая индустриаль­ная нация,

они нуждались в свободе, чтобы проложить себе путь на внешние рынки. А как

высокоэффективный производитель, они обладали меньшей потребностью, нежели

остальные, в том, чтобы приводить иностранные фирмы в олигополистическое

равновесие, которое сдерживает ценовую конкуренцию на японском внутрен­нем

рынке.]. Но Соединенные Штаты в силу своего более вы­сокого уровня развития

обладают самой передовой плани­рующей системой. Соответственно они имеют

значительно больше корпораций, которые готовы для межнациональ­ных операций,

нежели любая другая страна. То, что было названо американским вызовом, на деле

не является американским; это вызов современной планирующей системы.

В Соединенных Штатах эта система благодаря разме­рам страны, отсутствию

феодальных пережитков в правовой системе, наличию естественных ресурсов и

многому другому достигла своего наивысшего развития.

Однако недавняя экспансия американских фирм в межнациональных операциях

объясняется также и дру­гим, причем прямо противоположным обстоятельством. Как

уже отмечалось, развитие современной экономической системы чрезвычайно

неравномерно. Это особенно харак­терно для Соединенных Штатов, где развивались

преиму­щественно военные отрасли. Такое развитие привело к высокой концентрации

в указанных отраслях капитала и технически одаренных людей. Оно к тому же

способство­вало повышению общего уровня заработной платы, так как в данной сфере

издержки особенно легко можно было переложить на общество. В прошлом Соединенные

Штаты имели более высокий уровень заработной платы, неже­ли другие страны, но

лучшую технику и капитальное обо­рудование. Впоследствии американские

гражданские отра­сли, которые ранее играли видную роль в экспорте и на

внутреннем рынке, оказались в невыгодном положении в отношении как качества

самого капитала, так и уровня заработной платы по сравнению с ФРГ и Японией, где

военное развитие шло значительно более медленно. Аме­риканские корпорации

отреагировали в соответствии с на­шим предыдущим анализом, они широко развернули

более дешевое производство за рубежом. Это позволило им вос­становить свои

позиции не только на внешних рынках, но и в самих Соединенных Штатах.

Преобладание американских корпораций в межнациональных операциях пред­ставляет

собой проявление как высокого уровня разви­тия американской экономики, так и

определенной сла­бости, которая связана со специфической формой этого развития.

Как уже отмечалось в гл. XIII, в планирующей си­стеме корпорация, преследуя

защитные цели технострук­туры, стремится овладеть своими источниками основного

сырья. Это приводит ее в менее развитые страны. И она находит там рынки, хотя и

весьма ограниченные, если дело касается таких товаров, как бензин, транзисторы и

аспирин. Поскольку первоначальный уровень низок, тем­пы роста производства здесь

несколько выше, чем в Се­верной Америке и Европе. Однако транснациональная

си­стема - это прежде всего система отношений между раз­витыми странами. Именно

здесь находятся крупнейшие рынки; соответственно именно здесь необходимо

устано­вить защитное равновесие планирующей системы. Соот­ветственно именно в

развитых странах - Канаде и стра­нах Европы - задаются настоятельные вопросы,

каса­ющиеся культурного влияния американской многонаци­ональной корпорации и его

политических последствий для национальной независимости.

Эти вопросы в значительной мере истолковываются неверно. Страх перед

империализмом в области культуры приводит к тому, что культурное воздействие

американской корпорации путают с общим воздействием корпорации.

Мы видели, что планирующая система, стремясь к дости­жению собственных целей,

оказывает глубокое воздей­ствие на население той страны, в которой она совершает

свои операции. Она ведет мощную пропаганду своих из­делий. Тем самым она

формирует взгляды на товары во­обще и делает их смыслом жизни. Оса навязывает

свой -образ мыслей всем, кто связан с ее организациями. Ее цели и ценности

становятся целями и ценностями обще­ства и государства. Но данное культурное

влияние не является специфически американским. Оно представляется таковым лишь

потому, что огромное число многонаци­ональных корпораций возникло именно в

Соединенных Штатах. Как легко убедиться, культурное влияние столь же мощных

техноструктур, возникших в других странах, ничем не отличается от американского.

Если бы штаб-квартиры наибольшего числа многонациональных корпо­раций находились

в Бельгии или ФРГ, то те ценности, образ мыслей и влияние на государство,

которые в настоящее время ассоциируются с американскими корпо­рациями,

ассоциировались бы с бельгийскими или запад­ногерманскими корпорациями.

Почтенные и хорошо опла­чиваемые ученые мужи распространялись бы о бельгий­ском

или западногерманском культурном империализме, Хотя канадцы и французы немало

раздумывают над этим вопросом, тем не менее никогда не было доказано, что

канадец, в каком бы качестве он ни работал в Канаде в «Дженерал моторc»,

подвергается влияниям, отличным в культурном отношении от тех, с которыми

сталкивается человек, работающий в компаниях «Мэсси фергюсон» или «Интернэшнл

никель». Француз, который нанят компа­нией «Симка» и, таким образом,

«Крайслером» во Франции, ие менее француз чем тот, кого нанимает фирма «Рено».

Наиболее заметной чертой современной корпорации, а следовательно, и планирующей

системы является однооб­разие ее культурного воздействия вне зависимости от

на­ционального происхождения. Ее отели, автомобили, станции обслуживания,

авиалинии столь схожи не потому, что они американские, а потому, что они

продукты гигантских организаций. Те, кто противостоят американ­ской

многонациональной корпорации, противостоят в дей­ствительности культурной мощи

планирующей системы, каким бы ни было ее национальное отличие.

Теперь также проясняется и отношение многонациональной. фирмы к суверенитету

национальных правительств. Многонациональная фирма приводит к его суще­ственному

ослаблению. Однако не в силу ее наднациональ­ного характера, а потому, что

ослабление этой верховной власти - приспособление государства к целям и нуждам

техноструктуры корпораций - представляет собой самую суть деятельности

планирующей системы. Иностранная фирма проникает в страну и ослабляет верховную

власть государства. Отечественные фирмы, аналогичных разме­ров и имеющие такую

же организацию, поступают точно также. Иностранная фирма сильнее бросается в

глаза. Соответственно более заметно и ее посягательство на вер­ховную власть

государства. Когда французское правитель­ство помогает компании «Форд»

разместиться во Фран­ции, любой француз обязательно обратит на это внимание.

Когда правительство подобным же образом от­кликается на нужды «Рено» или

«Ситроен», никому нет до этого дела. Сомневаться в этом не приходится никому,

кто сталкивается с действительностью. Многонациональ­ная фирма посягает на

верховную власть государства н6 потому, что она иностранная, а потому, что

такова тен­денция планирующей системы. Современное государство - мы позволим

себе еще раз повториться - это не исполнительный комитет буржуазии, скорее, это

исполнительный комитет техноструктуры.

Хотя этот момент и не особенно важен, но зачастую межнациональная фирма будет

более сдержанна в своих отношениях с правительствами, более скрупулезна в

соб­людении закона, более осторожна в своем убеждении об­щественности, нежели

отечественная фирма. Пресса, по­литические деятели и народ любой страны, как

правило, предпочтут накинуться на иностранного злодея, а не на. своего

домашнего. Учитывая это обстоятельство, много­национальная фирма будет особенно

тактична, оказывая воздействие иа иностранное правительство. Там, где, как,

например, в Италии, на которую мы ссылаемся лишь для наглядности, уклонение от

уплаты налогов, взяточни­чество и подкуп государственных служащих являются

частью повседневной жизни, фирма будет, как правило, стремиться обзавестись

подконтрольной компанией, чье национальное происхождение ни у кого не будет

вызы­вать сомнений. Та в свою очередь будет брать на себя вето, ответственность

за необходимые или общепринятые мероприятия сомнительного характера, в которых

она до­стигает совершенства.

В доводах политического характера, приводимых про­тив многонациональной фирмы,

обычно подчеркивается, что ее политика в области заработной платы и цен

опре­деляется в ее собственной стране. Вследствие этого ра­бочие и потребители

подчинены внешней власти, доступа к которой у них нет и влиять на которую они не

в состоянии. Как будет видно, это также создает превратное представление о

действительном положении вещей. Многонациональная фирма проникает в страну,

чтобы участ­вовать в процессе установления заработной платы и цен именно этой

страны, т. е. чтобы обеспечить возможность защиты против преимуществ, которыми

обладают отече­ственные производители в области заработной платы или участвовать

в создании равновесия цен, которое предо­храняет ее от разрушительной ценовой

конкуренции. За­щитные и положительные цели данной фирмы совпадают с целями

других фирм данной страны. Поэтому она не осуществляет независимого контроля ни

в отношении за­работной платы, ни в отношении цен. Именно предупреж­дение такого

независимого контроля, который наносит ущерб общим защитным целям, и есть

основная задача проникновения многонациональной корпорации.

После второй мировой войны наметился заметный от­ход от того, что некогда

называлось экономическим наци­онализмом. Наиболее яркими проявлениями этого было

заключение Общего соглашения о торговле и тарифах, создание европейского Общего

рынка, Европейской ас­социации свободной торговли, стремление торгующих ме­жду

собой стран снизить тарифы, ограничить использо­вание квот и, как надеялись,

запретить конкурентное обесценение валют. Эти явления приписывались все бо­лее

широкому распространению экономических знаний в передовых в промышленном

отношении странах. Факти­чески же они отражали потребности планирующих си­стем

стран-участников - обстоятельство, которое не вы­зывает более никакого

удивления. На начальном этапе международной торговли тарифы и другие ограничения

предохраняли рыночную систему одной страны от преимуществ, относительных или

абсолютных, которыми об­ладали другие страны. Каких-либо других мер не

прини­малось. Никто не контролировал предложение товаров из-за границы или цену,

по которой они продавались. Таможенный тариф был единственной гарантией того,

что указанное предложение не оказывало разрушительного или просто нежелательного

воздействия на цену внут­реннего рынка. С развитием межнациональной системы

проникающая в страну иностранная фирма не снижает цены. Это уничтожило бы

защитное олигополистическое равновесие, к которому данная фирма присоединяется.

Если ее издержки производства значительно ниже издер­жек на том рынке, куда она

вторгается, то у фирм, в чью среду она проникает, есть противоядие. Они могут

осуществлять производство в стране вторгшейся фирмы или принять меры по его

налаживанию. При таких об­стоятельствах тарифы уже не нужны. Они могли бы стать

помехой, затрагивая те мероприятия, которые сами фир­мы могут осуществить с

большим успехом. Если бы межнациональной системе понадобились какие-нибудь

тарифы, то мы можем быть совершенно уверены, что эко­номическое учение, которое

приводило бы к их сниже­нию, не нашло бы распространения.

Межнациональная система и ее потребности представ­ляют собой ключ к пониманию

экономической политики, осуществляемой в отношениях между развитыми страна­ми, и

позволяют объяснить недовольство слаборазвитых стран, поскольку межнациональная

система придает ме­ждународный характер той тенденции к неравномерному развитию

и к неравенству в доходах, которая имеет место внутри каждой страны в отношениях

между планирую­щей и рыночной системами.

С возникновением межнациональной системы капитал, техника неквалифицированная

рабочая сила подчиняются власти единой организации. Эта власть не при­знаёт

национальных границ. Не признает границ и спо­собность убеждать потребителей и

общественность и заручаться поддержкой государства. Рыночной системе такие

космические силы не доступны. Многонациональ­ные корпорации характерны для

развитых стран, слабо­развитые страны продолжают соответствовать рыночной

модели. Таким образом, межнациональная система усиливает неравномерность в

развитии между развитыми в настоящее время странами и всем остальным миром.

Аналогично и ее влияние на распределение доходов. Планирующая система, как мы

видели, продает и покупа­ет по тем ценам, которые она сама контролирует. В

преде­лах развитых стран межнациональная система делает эту власть

международной. Менее крупные фирмы развива­ющихся стран по-прежнему подчинены

рынку - или ры­ночной власти межнациональной системы. И то и другое находится

вне области их контроля. Эксплуатация и само­эксплуатация, связанные с

ограничениями на миграцию рабочих за границу, приводят к тому, что возникшие

раз­личия в доходе будут сохраняться и увеличиваться. Таким образом,

межнациональная система делает тенденцию к неравенству между планирующей и

рыночной системами международной. Таков, если настаивать на терминологии,

истинный облик современного империализма.

 

 

 

Джон Кеннет Гэлбрейт. "Экономические теории и цели общества" > Часть четвертая.

Две системы –

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 32      Главы: <   13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20.  21.  22.  23. >